Немного пустоты

Однажды зимой, когда мы мыли полы в коридоре во время отпуска уборщицы, она, стоя там же, у служебного выхода и дымя сигаретой, так как зимой выходить на улицу не хотелось, а в остальных местах стояли дымоуловители, брезгливо смотрела на нас и комментировала наши действия:

– В углу вымой.

Или:

– Что ты грязь развозишь? Не видишь, что ли, тряпка грязная? И стены не забрызгай… бестолочь!

Мне же, когда я оказался рядом, вдруг сказала:

– У меня тоже мог быть такой сын.

Я тогда с ужасом посмотрел на нее – массивная женщина, со вторым подбородком, который больше первого раза в два.

Тонкие, вечно в брезгливой гримасе губы, обесцвеченные жидкие волосы. У такой женщины вообще мог быть человек, который сделал бы ей ребенка? А если бы так и случилось, то с ее характером этому ребенку никак не позавидуешь.

– Представляешь? – спросила она и я кивнул, хотя, конечно, не представлял.

Присутствующие там дети потом рассказали всем остальным и я, на время, превратился в объект слухов о том, что на самом деле я – сын поварихи.

Больше она ничего не сказала. История о ее нелегком прошлом повисла в воздухе, но своим «представляешь?» она закрепила свою негласную симпатию ко мне, да так, что я больше ничего плохого о ней не говорил, когда другие дети между собой мыли ей кости.

Родители друга, тогда еще будущего экономиста, я помню, тоже долгое время относились ко мне предвзято, считая, что их золотой сын – будущий крутой бизнесмен, не должен водиться с потенциально неблагополучным сиротой.

А то еще научится клей нюхать или воровать и все, карьера сломана. Это отношение сохранялось до тех пор, пока я и его мама не пообщались на улице. Мы оба стояли у школы и ждали его. Друг должен был поехать на выходные куда-то за город, и мама заехала за ним. Мне же было нужно отдать тетрадь, в которой он вел словарь по английскому языку. Не помню, о чем мы говорили с мамой, но хорошо помню выражение лица ее лица, менявшееся с настороженно-вежливого до дружелюбного.

– Заходи к нам в гости, если есть желание и, если отпустят из… – сказала мама друга на прощание, запнувшись лишь на словах «детский дом».

В понедельник друг сказал, что мама все выходные расспрашивала обо мне – как я живу, чем увлекаюсь, на какие оценки учусь. Сказал, что, узнав о том, что я играю на пианино, она очень удивилась.

Да и в школе учителя относились ко мне с симпатией, хотя я не сказать, чтобы очень уж хорошо учился.