Обрести крылья

Нехотя сползли с лавки и, оглядываясь на незнакомку, отправились за матерью. Едва дети скрылись за дверью, Вереника встала со своего места, подошла к неожиданной гостье, обняла ее за плечи и повела к столу. Феодул посмотрел на них и опять уткнулся взглядом в тарелку. Милика внимательно рассматривала незнакомку, ее фигуру, одежду, взглянула ее в глаза. Замерла, смотря на закутанную фигуру, губы беззвучно шевелились. Если прислушаться, можно различить, как Лика шепчет имя своей сестры. Кузьма недоуменно посмотрел на жену и перевел взгляд на гостью, присмотрелся, охнул и побледнел.

Крепко обнял супругу и посмотрел на Веренику. Травница улыбалась. В горницу вернулась Агнесса и села рядом с незнакомкой. Ее лицо осветила счастливая улыбка, и Аги крепко обняла худенькое тело. Незнакомка всхлипнула и стала разматывать платок. Милика вскрикнула, бросилась к сидящей напротив девушке с криком:

– СЕЛЯ!

Прижалась к груди сестры и зарыдала. На ее крик распахнулась дверь в комнату, и оттуда вылетели Майка с Гелей, они не пошли спать, подслушивали под дверью.

Обе с радостными криками бросили к сестре и повисли на ней, чуть не уронив. Феодул словно в забытьи смотрел на женщин, потом моргнул, потряс головой, отгоняя видение. Зарычал, вскочил, чуть не уронив стол, и сжал дочь в медвежьих объятьях. Приговаривая:

– Селя, доченька моя. Как же так. Селечка.

Посмотрел ей в глаза, и снова обнял так, что ребра затрещали. Селена сдавленно пискнула и тот же час была отнята у отца матерью и наставницей, чтобы оказаться в объятьях у братьев и сестер, которые не спали и осторожно подглядывали из-за двери.

Феодул все никак не мог поверить, что это его дочь, его Селечка. Он рвался обнять ее, дотронуться, но жена не давала подойти близко, а, то раздавит. Он был мужчина сильный, крепкого телосложения с широкими плечами, как говорится косая сажень в плечах, тем необычно было смотреть, как по его щекам текут слезы радости. Он их и не стеснялся, смотря на свою воскресшую дочь.

Прошло какое-то время, сопровождавшееся плачем, объятиями, причитаниями пока все не успокоились. Дети отправились в кровать только тогда, как Селена пообещала, что никуда не денется и утром будет дома. Взрослые сели за стол, его пришлось накрывать заново. Агнесса достала смородиновую наливку и разлила всем в чарки. Выпили за счастливое спасение и Феодул потребовал объяснений, строго глядя на жену и дочь.

Селена глубоко вздохнув начала рассказывать. Все.