Баллада о Звездной Республике. Цикл «Алконост»

Пятнадцать пилотов для челноков – в основном молодые ребята с хорошей реакцией. Пятьдесят ваших десантников – хватит для поддержания порядка на корабле, но слишком мало, если столкнемся с агрессией на Россе.

– Вы все ждете ксеносов?

– По логике вещей – едва ли. Вероятность развитой цивилизации там мала. Никаких признаков, если не считать очень древнего радиосигнала.

– О нем почти забыли. Списали на помехи.

Вечеров кивнул.

– Скорее всего, Роберт, нас ждет долгая и тяжелая командировка. Старт за Плутоном, торможение возле Росс 128, разведка на планете, монтаж стартового комплекса в космосе, его наладка, сбор, черт бы их побрал, астероидов, измельчение… И все это силами ста шестидесяти пяти человек.

Очень скоро на борту появятся травмированные и больные. Как всегда отыщутся непригодные или неуправляемые. А если окончательно застрянем на Россе, нам светит колонизация каменистой планеты с небольшими шансами на успех.

– Что-то не особенно вы расстроены.

– Точно.

– Ну, вот и я не расстроен.

Оба они посмеялись и продолжили следить за грузовой палубой, облокотившись о перила.

Глава 3. О, капитан

Капитанское место располагалось в центре мостика – как раз напротив экрана с изображением ближнего к кораблю космоса и параметров самого корабля. Настоящего иллюминатора в носовой части «Алконоста» не было – от него отказались ради повышения безопасности. Жалеть об этом, впрочем, не стоило, искусственное изображение с точки зрения детализации выглядело великолепно. Уменьшенный вариант этой картинки уже появился на пульте капитана.

Сергей Сибирцев занял кресло и зафиксировал себя пятиточечным ремнем безопасности – через грудь, по поясу и от пояса между ног. Такого же неукоснительного соблюдения регламента безопасности он требовал ото всех старших офицеров. «Нам не нужны падения, ушибы и переломы, а потом невыполнение обязанностей поневоле, и все ради пустой бравады».

С этим, конечно, не поспоришь, и офицеры не спорили, хотя двое или трое самых отчаянных в глубине души совей считали Сибирцева занудой.

Занудство это имело веские причины в прошлом семьи капитана, а именно – в карьере его отца, Геннадия Сибирцева, бывшего когда-то летчиком гражданской авиации. Был командир воздушного судна человеком и умелым, и смелым, но, как многие люди такого склада, имел уязвимую точку – отцовскую любовь. Маленький Сережа, случалось, путешествовал в кабине, в компании с отцом и вторым пилотом, тихо играя за их спинами.