Сингапурский гамбит

Казнев явился к королеве и продемонстрировал ей несколько достижений магов французской школы. Королева немедленно склонилась к сотрудничеству с Францией. Перепуганные англичане запросили правительство, но во всей Британии не нашлось ни одного колдуна, который рискнул бы соперничать с Казневом. Тогда они поспешно разослали своим миссионерам брошюрки с описаниями простейших чудес. Однако духовное зрение открыло Казневу эту жалкую хитрость. В присутствии королевы он разоблачил английских миссионеров и с легкостью воспроизвел их ничтожные чудеса.

Посрамленные англичане были вынуждены покинуть остров, и Мадагаскар стал французской колонией. Магическая война была блестяще выиграна!

– Очень хорошо.

– Враги Франции впоследствии сфабриковали дело Даниэля Вильсона и добились отставки старого Греви. Но Мадагаскар остался за Францией. Сохранение его – дело чести всей нашей ложи.

– Как это относится к нашей девочке?

– Я полагаю, талант Авагдду по-настоящему расцветет, если им займутся не мечтатели из числа теософов, а профессионалы.

Наша ложа готова оказать всякое содействие.

– Не смейте к ней прикасаться! – раздался голос.

Эмброуз Аурелианус Мирддин стоял на пороге комнатки. Он весь трясся, а в бороде, казалось, тлели фитили, как у пирата Тича. Руки сжимали книгу так, что пальцы побелели.

Дверь за ним запер Гвион.

– Простите? – Шовен повернулся к друиду.

– Отвечайте – кто был первым масоном?

– Хирам, архитектор храма Соломона, – спокойно ответил француз.

– И где он строил этот храм?

– В Иерусалиме. Вы решили устроить экзамен для младших школьников?

– Вот, в Иерусалиме. А теперь припомните-ка карту. Где Иерусалим, а где Уэльс, древняя Кембрия?

– Но Хирам…

– К черту Хирама! Он строил храм в Иерусалиме. А ваши братья-христиане приходят в исконно кельтскую Англию, где еще во времена Цезаря были академии друидов, и уничтожают все древнее тайное знание! И потом, когда уже поздно, начинают отыскивать и придумывать.

Так и появляются масоны. Чтобы ловить в свои сети тех, кто ищет убитую правду!

Француз поднялся.

– Простите, я…

– Вы – агент христианских сил! Вот вы кто!

– Не беспокойтесь, – очень тихо сказала Керридвен, – у почтенного Мирддина опять приступ кельтской филологии. Я рассмотрю ваше предложение. Ответ будет после выступления в Теософском обществе.