Пропавшая невеста

– Тебе тоже нужно отдыхать! А мне пришлось сегодня рано бежать в магазин, – сама того не желая, принялась оправдываться я.

Во что женщина если и поверила, то очень хорошо это скрыла.

– Как пожелаете, мисс Вэйтс, – поморщившись, проворчала Роузи, допив кофе и поднявшись со стульчика у небольшого круглого стола, что мне служил местом для приема заказчиков. Но, кажется, пора бы подумать о том, чтобы заказать еще несколько маленьких круглых столиков, если я собираюсь подавать в моем магазине кофе. – Мне пора.

Иначе на рынке раскупят все самые свежие продукты. К слову, у вас будут пожелания относительно ужина?

– Нет! – бросила я через плечо, расставляя баночки с приобретенными специями и травами. – Ужин можешь приготовить на свой вкус. Возможно, я немного задержусь на работе.

Роузи на это не сказала ни слова, но так красноречиво промолчала, что я опять почувствовала себя виноватой.

– И проследи, пожалуйста, чтобы дети были сыты. Купи фруктов и свежего творога…

– Вы балуете их… – начала камеристка, как-то незаметно принявшая на себя должность кухарки, горничной и управляющей в моем доме.

– А вот это уже я с тобой обсуждать не намерена, Роузи. Будь добра не наставлять меня, а выполнять то, что я тебе поручила, – и я сама удивилась тем стальным ноткам, что прорезались в моем голосе.

– Как прикажете, мисс Вэйтс, – отозвалась камеристка.

И, видимо, хотела еще что-то добавить, но дверь распахнулась под звон наддверного колокольчика, и в магазин вошла мисс Эмили Уоренс.

А потому наш разговор как-то моментально исчерпал себя.

Роузи, раскланявшись с внучкой бывшей работодательницы, которая, к слову, даже не взглянула пожилую женщину, покинула магазинчик.

– Доброе утро, – дождавшись, когда дверь за посетительницей закроется, поздоровалась я.

Эмили сегодня была не в духе. В голубых глазах не сверкали привычный задор и энтузиазм, а губы и вовсе скривились так, словно мисс завтракала кислой капустой. И, кажется, я понимала, в чем причина.

Как и с чего она решила посетить магазин сладостей в столь ранний час. И грядущий разговор не сулил мне ничего хорошего.

– И тебе, Силин, прекрасного утра! – обронила она таким тоном, словно желала мне, чтобы это утро стало для меня последним.

Эмили Уоренс наградила меня тяжелым взглядом, будто ожидала, что я сама начну неприятный разговор. К ее разочарованию, я молчания прерывать не собиралась. Хотя и понимала, что именно она собирается мне сказать.