Мухи творчества

Я неразумно оставила на веревках свежевыстиранное постельное белье, а ночью снова мело, снег налип на веревки и тряпки, набился в пододеяльники и наволочки, старые столбы не выдержали увеличившейся тяжести – и бесславно пали.

Содрать с закаменевших веревок примерзшие к ним просторные полотнища оказалось непросто. Пододеяльники и простыни тоже обрели фанерную твердость и при транспортировке гремели и царапали мне руки.

Кое-как я перетаскала их со двора в сени и там расставила по периметру у стен, соорудив модель индейского поселения с косыми-кривыми вигвамами нетипичной расцветки «в цветочек».

Шура было начал заинтересованно исследовать этот лабиринт, но негодующе фыркнул и ретировался, когда первая отмякшая наволочка потеряла устойчивость и накрыла его, как сырая попона.

Я принесла большой таз, чтобы складывать в него размороженные тряпки, и проверила, сколько у меня осталось стирального порошка. Было ясно, что белье надо перестирать. Ну, зато скучать мне не придется!

И, к слову говоря, не только мне!

Ведь после повторной стирки белье нужно будет снова сушить, а у меня тут столбы с веревками рухнули…

Поэтому я позвонила Митяю и светски молвила:

– Митюш, извини, что так рано, но у меня под тяжестью вашей стирки упали столбы с веревками.

– И что же ты такое тяжелое стирала? – сонным мишкой заворчал разбуженный участковый. – Отмывала миллион баксов в золотых слитках?

– Нет, ваше с Лизкой постельное белье. Парадное, в цветочек.

– Ладно, жди, сейчас приду. – Обсуждать со мной многотрудную жизнь их с Лизкой простынок участковый не стал.

Я сварила кофе, сделала бутерброды, но притопавший Митяй от раннего завтрака отказался:

– Давай сначала со столбами разберемся.

Он все-таки цапнул в каждую руку по бутерброду, и, поочередно откусывая от них на ходу, проследовал на задний двор. Я перелила свой кофе в термостакан с крышкой, пошла за братцем и чуть не влипла в его широкую спину, когда он резко остановился.

– Фигасе! Уже двух голов не хватает?!

В первый момент я не поняла, о чем он говорит – у меня на подворье никакой скотины, которую по головам считают, отродясь не водилось. Потом я проследила направление остановившегося взгляда Митяя, выронила стакан и выругалась так, что братец вышел из ступора, уважительно пробормотав:

– Ух какие слова ты знаешь…

Я с чувством повторила те слова на бис.