Четыре буквы на стекле

– Сейчас будет «зеленая стоянка», – со знающим видом объяснила маневр судна Рина.

– Точно, – вспомнил я программу дня, – пойдем в лес гулять?

– Конечно…

Теплоход причалил к берегу напротив большой поляны. Гости и часть команды сошли по трапу. Кто-то принялся разжигать костер, кто-то размечал футбольное поле, кто-то сразу же стал кидать волейбольный мяч. Над поляной также заметалось и несколько воланчиков для бадминтона.

Мы с Риной, не сговариваясь, пересекли поляну и зашагали по тропинке, ведущей вглубь леса.

Нам было все равно, что там впереди ждет нас.

Шли, держась за руки. Не разговаривая. Нам было просто хорошо.

Тропинка оказалась короткой, неожиданно уткнулась в болотце. Я был разочарован, но Рина, отпустив мою руку, радостно бросилась к воде, блестящей в лучах солнца. Присев на корточки у самого края болотца, принялась то ли что-то рассматривать, то ли что-то искать.

– Что там? – заинтересовался я.

– Там целый мир, – указала она пальцем, – вот это бокоплав, а это водяной ослик…

Я засмеялся:

– Водяной ослик?

Рина посмотрела на меня очень серьезно:

– Да, это такое маленькое ракообразное, – на лице ее появилось сожаление.

 – Ты даже и не заметишь водяного ослика в воде, такая мелкая невзрачная букарашка…

Конечно, мне было любопытно:

– Но откуда ты знаешь про это ослика и как его..?

– Бокоплава? – подсказала Рина.

– Вот-вот.

– Откуда-откуда… Я закончила ярославский университет, биофак, – она встала во весь рост и взмахнула руками: – Как же было здорово у нас студентам летом! Мы ездили на практику на биологическую станцию.

Леса, поля вокруг… Днем бегали с сачками, как дети. Охотились на бабочек, мотыльков, стрекоз. В таком же болотце бокоплавов, водяных осликов искали. А еще лягушек, тритончиков, водяных пауков… Порой ходили по десять-пятнадцать километров в день, таща на себе рюкзак и оборудование. При этом, можно сказать, подножным кормом питались. – Она посмотрела на меня с превосходством. – Ты когда-нибудь ел жареных кузнечиков?

– Нет, – растерялся я.

Рина же гордо кивнула:

– А я ела. И не только их приходилось – такие у биологов правила…– стряхнула с лица какую-то мошку. – А комарья там на нас навалилось… У меня поначалу все лицо распухло. После города было не просто, но мы не жаловались – так там чудачили, веселились. Днем, да, пахали, но вечером обязательно – костер, гитара. А какие были ночи… У меня на летней практике шикарный роман случился.