Дикими тропами. Дружба

 – Бродяжница свободно откинулась на спинку кресла.

Ухмарь и бровью не повёл в ответ на пристальный взгляд Аристарха.

– Готов поспорить, во всю дорогу Вы ни разу не сели верхом.

– Что же мне помешало? – Бродяжница руку дала бы на отсечение, что подлец издали заприметил её приближение с лошадьми в поводу.

– Сейчас не отвечу. Нужно познакомиться короче. Мы с Аристархом, – Ухмарь указал на друга широким жестом, – пришли просить Вас присоединиться к нашему походу.

– Я, кажется, уже ответила на это предложение отказом.

– Бродяжница, – мягко сказал Аристарх, – мы уважаем Ваше решение. Но, согласитесь, идти одной крайне неразумно.

– Отчего же?

– Поверьте, есть причины, – вставил Ухмарь.

– Находясь в Нетронутых землях, Вы, верно, слухом не слыхивали о появлении неведомой хвори, поражающей путников?

Бродяжница не слышала, но инстинкт подсказывал верить Аристарху.

– Расскажите.

– Распознать её сложно, она подобна обычной простуже. Голова горит, руки-ноги стынут. Несколько дней агонии – и Великая Мать неминуемо прибирает хворого в свои чертоги.

Бродяжница пренебрежительно пожала плечами:

– Есть хвори, уносящие в Её царство и попроворней. В лютый мороз замёрзнуть намертво можно за одну лишь ночь.

– Ваши сомнения понятны. Но напасть, о которой мы толкуем, проявилась впервые только весной, и весьма близко к Акайду. Люди уходят к Великой вовсе не от лютого холода. Обычную простужу с лихорадкой легко врачевать, и, коли делаешь это умело, облегчение скоро. Врачевание новой хвори обычными средствами не поможет.

Ухмарь внимательно слушал друга, хотя, уж наверное, и без того знал всё сказанное наперёд. Его незаметно ставшая вне обыкновения угрюмой физиономия говорила о серьёзности слов Аристарха.

– Зачем Вы мне это рассказываете? Как хворь, не поддающаяся врачеванию, должна убедить меня путешествовать с вами?

– Всё просто. Редкие врачеватели способны спасти захворавшего этой пакостью.

– Аристарх – может, – подал голос Ухмарь, и победно усмехнулся.

– Ну и что? Почему я непременно обязана подхватить эту хворь? А подхвачу – значит, поделом, – она вежливо улыбнулась.

– Но это глупо! – воскликнул Аристарх в праведном негодовании. – Окажись Вы одна в лесу, да больная новой хворью – ничто Вас не спасёт!

Всё-таки, Аристарх ужасно напоминал Учителя. Не только лицом, но неспешной походкой, величавой осанкой и умудрённым жизнью взглядом серых глаз.