Враг моего сердца

Скрипнула дверь избы и во двор выглянула Сновида: видно, обеспокоилась тем, что Елица долго не возвращается.

– Не буду! – зло ответила та, подхватывая на удивление аккуратно поставленную в снег корзину. – Не буду, пойми уж!

Денко желваками дёрнул и откинул от лица светлые волосы. Хорош – сказала бы без раздумий любая другая девица, залюбовалась бы пылкой страстью, от которой темнели его глаза сейчас, да и сдалась бы, верно, на милость завоевателя.

– Люблю я тебя, Нежа, – он покачал головой. – Всю душу ты мне изъела.

Нешто не гожусь для тебя? Чем не угодил?

– Да всем ты гож, Денко, – она пожала плечами, пряча от него взгляд и прикрывая краем платка румянец, что жаром опалял щёки. – Не серчай.

Она выбралась из сырого сугроба, куда парень её загнал. Сновида увидела её и резко махнула рукой, подзывая.

– Слышишь? – неожиданно бросил Денко совсем невпопад.

Елица обернулась на него: он прислушивался, вытянув шею. И верно: весёлый гомон на улице стих, а на смену ему пришёл отдалённый глухой топот копыт, что отражался от стен домов и возвращался глухим эхом.

Много всадников ехало сюда, и сам звук их приближения уже навевал смутную тревогу. Они промчались через всю весь насквозь, не остановившись даже. Видно, стремились в Лосич, а селение им без надобности. Одёжу их рассмотреть в сумерках не удалось толком: а потому и непонятным осталось, кто они да откуда. Лишь успела Елица заметить их предводителя. Молодого и статного, но такого отстранённого, будто весь он был погружён в свои мысли. На плечах его горело в отсветах чермного заката такое же по цвету корзно. Будто у князя самого.

– Что за сокол? – хмурясь, проговорила подошедшая к калитке Сновида. – Явно ведь непростой.

Елица переглянулась с ней, а после и с озадаченным появлением незнакомцев Денко.

– Вроде, не воевать нас едут, – парень развёл руками. – Но как будто на остёрцев похожи.

– Тебе всюду теперь остёрцы мерещиться станут, – фыркнула волхва. – Но там посмотрим. Видно, воевода им нужен.

Да то пока не наше дело, – она покосилась на Елицу и качнула головой в сторону избы. – Пойдём уж. Хватит миловаться.

– Да я не… – начала было оправдываться Елица, но бросила.

Сновида всё прекрасно понимала и ворчала так, больше для Денко, который хоть и нахальный, а под её взором часто робел.

Они вернулись в дом, оставив парня снаружи. Елица поставила корзину в клеть, где хранились все припасы, и вернулась, разматывая на ходу шерстяной платок.