Камень власти

– Кабы не твоя медовуха, сидел бы я уже дома или в Приказе. Конечно, и про камень ничего и никому не скажу.

– Ты настоящий друг, – сказал Фома.

– Ты тоже, – вторил ему Матвей.

Москва жила своей жизнью. Казалось, про Матвея все забыли, по крайней мере о нем никто не вспомнил за последние несколько месяцев отсутствия. Газы Гирей подступил к Москве и был нещадно бит, усыпил бдительность двора и вторично сходил на Русь с захватом полона и добра. Меры дознания по убийству царевича Дмитрия переместились в Москву.

Единственно, кто был рад возвращению Матвея, так это его тесть. Степан Владимирович обнял зятя и поинтересовался поисками камня. Про семью не задал ни одного вопроса. Матвей догадался, что батюшка нашел возможность и известил о благополучном устройстве в Чернопенье. Про камень Матвей соврал, чем успокоил тестя, и тот к этой теме более не возвращался. По службе скопилось много бумаг, которые требовали прочтения и ответа. Но у Матвея из головы не выходил остров Княжич и его люди.

По сути он и его друг Фома – обладатели великой тайны про устройство благополучной жизни вдали от людей.

Вечером по обыкновению в гости зашел Степан Владимирович. Видимо хотелось откровенной беседы про дела, более подробных новостей про жену и дочь. Так думал Матвей, но он ошибся.

Тесть принес штоф крепкого напитка и намекнул, что разговор будет серьезный, не для посторонних ушей.

– Государь Федор Иоаннович совсем отошел от дел и стал еще более плох здоровьем.

Он и до того не сильно радел за дела, а теперь и подавно.

– Не секрет, что за спиной государя всегда маячит тень Годунова. Помнишь тот случай, при венчании Федора Иоанновича на царство? Не выдержал государь долгой службы, чуть в падучей не свалился, ослабевшей рукой символ власти передал Годунову. Мне один раз про этот случай рассказали, и я до сих пор его помню.

– Ты никогда не задумывался, как простой боярин оказался рядом с будущим царем?

– Все просто.

Его родная сестра Ирина уже была венчана на Федоре, была его законной женой.

– А как она стала женой? – не унимался тесть.

– Не знаю, для меня и того объяснения в достатке.

– Ирина красивая, образованная девушка справедливо могла надеяться на партию с молодцом во всех отношениях. Федор с детства болезненный. Кроме молитвы, других интересов в жизни не испытывал.