Ведьмак. Белый волк и чёрный камень

Так мы за ним ватагой носились, а он на нас ворчал и гонял, чтоб следом не ходили…

– И куда ваш колдун подевался? – усомнился его словам гость.

– А пропал… – развёл руками хозяин.

– Да, ну? – удивился в свою очередь ведьмак.

– Как есть, пропал! – Отчего-то вздохнул корчмарь, будто сожалея о несбывшейся мечте. – Молодой был, горячий. Себя не щадил. Вокруг нашего города защитный круг выстроил…

«Что-то я никакого круга не заметил, – подумал Видан. – Если и было нечто такое, то его срок уже давным-давно истёк…»

– А потом ушёл как-то в лес по делу какому-то и сгинул.

Жаль, ох, как жаль…

Ведьмаку не очень-то верилось в такие сказки. Не может колдун просто так в лесу пропасть. Погибали, да, но так, чтобы ведьмачий совет об этом не узнал – никогда. На то и пожизненный знак каждый магический воитель в теле носит. Уж о чём, о чём, а о смерти всегда известно становится. А Распорядитель о нём даже не упомянул. Вышко не стал бы такого скрывать. Ушёл, наверное, их защитник. Причины этому могут быть разные.

Но стоит у старинного друга об этом разузнать… мало ли?

– А как звали вашего ведьмака, откуда здесь появился? Может, я его знаю?

– Ох, не помню. – Скривился Трун. – Может, Акун?.. Ой, нет… не так… Иначе как-то. Я ж, тогда ещё совсем мальцом был. Почитай уже лет двадцать прошло… или больше?

Хозяин, явно, просто прикидывался непомнящим. И от этого, его возраст всё снижался. Не сочетался его восторг с забывчитостью.

– А сейчас, как у вас в городе, всё в порядке?

– У нас-то здесь тихо, мирно всё.

Ну, так понятно, что обережный круг спасает. А окрест бывает по-всякому. Но не так чтобы уж слишком… нечисть шалила. Бывало, что шишига какая набедокурит, разгуляется. Так с ними и волхв здешний справлялся. – Чародеи они ж, такие – всё могут. – Так что всё ладно. Нечисти не видно, а нежити – и подавно. Разбойники и то, сильнее бедокурят… так за ними стражники присматривают.

– Угу, – кивнул ведьмак. – А что за парнишка там, у лестницы сидел?

– Какой парнишка? – сильно удивился собеседник.

– А лохматенький такой, тёмно русый в обносках? – подозрительно сощурился Видан.

– Мальчишка там был только один – это половой Мирошка. Он и коня в стойло повёл… Гости были… а больше никого не было! – На круглом лице хозяина отразилось недоумение. Он даже зашевелил губами, будто перебирал в памяти всех своих постояльцев и домочадцев. – Ежели, только Финька, – наконец выдал мужик, нахмурившись. – Так он дальше поварни никогда не ходит.