Ведьмак. Белый волк и чёрный камень

Перед Виданом была – ведьма? – нет, нет, нет, что-то не то таилось в глубине. Не просто ведьма. На него будто пахнуло тленом пекельного мира. Кто она?

Во взгляде читалось предупреждение: «Я здесь хозяйка!»

И правда со всей своей непритязательной простотой открылась ведьмаку. Агата подчинила себе и тиуна, и, наверное, всех, кого хотела из родников.

– Вот, видишь – расследовать здесь нечего, – припечатал Вторышко, увесисто хлопнув пухлой ладонью по скатерти.

– Просто так уехать не могу, – развёл руками Видан.

 – Мне после перед конклавом, да перед боярином Хоромиром ответ держать. А что я им скажу? Приехал, да уехал?

– Это-то, да, – невольно согласился тиун. – Мой старший брат просто так всё не спустит. Слишком уж дотошный нрав…

И поджал губы. Глянул на жену и распорядился:

– Ну, коль, тебе надо, то осматривайся, – продолжил, – мешать не буду. Но, как дела закончишь, то не мешкай! Нечего народ смущать.

«Уезжай, ведьмак! Уезжай, если не хочешь худа…» – прошелестело в воздухе.

За стол боярского посланника так и не пригласили, показывая этим всё своё отношение к визиту тёмного воина, чему он был очень рад, ибо отказаться бы не посмел.

Но травиться желания так же, не возникало, слишком хорошо он знал аромат дурманящих разум трав, которыми щедро приправили еду.

Видан поясно поклонился и вышел вон. Теперь, когда с представлением было закончено, можно было осмотреться более детально. Призрачный ворон уже заждался его, паря в вышине, и глянув его глазами на крепость, ведьмак, прежде всего, направился в сторону капища.

Индрик, больше для виду, привязанный у коновязи, вопросительно заржал. И ведьмак подошёл, погладил его по узкой морде, отвечая на немой вопрос:

– Подожди, Громушка, скоро поскачем, – отправился дальше.

Требище стояло на самой вершине холма, огороженное от мирской суеты частоколом на самом высоком месте крепости в удалении от всех построек в окружении бузины, в плетении хмеля, увившего забор.

Отведя от лица свешивающиеся побеги, образовавшие арку над входом, ведьмак ступил внутрь.

Божье место удивило своей заброшенностью. Древние идолы: Род и Макошь, Велес хмуро и, как показалось на первый взгляд ведьмаку, как-то виновато, взирали с высоты на гостя. Потускневшие от времени лики. Слишком чистые омытые ни одним ливнем жертвенники. Сорные травы, заполонившие всё пространство…

Ведьмак прикинул, когда был последний праздник, который никак не мог пройти без подношений родовым богам – совсем недавно.