Талисман для виновного

– Мне уйти? – Я тоже обиделся. Не оттого, что она обзывалась, а потому, что была отчасти права. И шериф Кристи, кстати, читал нотации по делу: сбежав из тюрьмы и явившись к тетке, я и впрямь ей подложил отменную свинью.

Марион поворошила одежду на полках и вытащила нечто из коричневой замши.

– Это осталось от Дэви, – она встряхнула штаны. – Дай-ка прикину… Как на тебя сшито – будет в самый раз. Вот еще жилетка, и была рубашка в тон… и ремень… Ага. – Перечисленное было извлечено из шкафа и выложено на тахту. – Жаль, обувь я не собираю.

Ну, не беда, свои ботинки почистишь.

Я не удержался:

– Тетя, а те дамские сумочки да шкатулки – они тоже от любовников? Или от любовниц?

Марион фыркнула.

– Не будь ты мне родной племянник, сейчас бы схлопотал! Это вещи Арабеллы. Если будешь примерно себя вести, разрешу посмотреть.

Уже семнадцать лет, как матери нет в живых. Я невольно протянул руку, чтобы коснуться сумочки, которую она носила, шкатулки, которую открывала… Дальше произошло необъяснимое. Хрюндель зашипел и кубарем скатился вниз, шкаф качнулся перед глазами, а руки сами рванулись на полку, сгребли все, что там было, и швырнули на пол.

Марион вскрикнула. Упав на колени, я кинулся на раскатившиеся вещи, не то перебирая их, не то разбрасывая. В стороны полетели коробки, тряпки, нитки, рассыпались и застучали по паркету бусы, что-то рвалось и ломалось… Наконец! Вот оно! Я зажал в кулаке сокровище – то, чей зов услышал и не смог устоять.

Раскрыл ладонь и глянул. Темный полированный камень в форме сердечка с просверленной дыркой и продернутым шнурком.

Я не знал такого минерала. Камень лежал на ладони тихий, молчаливый, словно не он только что звал меня, сводил с ума своим криком. Кожу будто поглаживали теплым бархатом. Я поднял глаза на тетушку.

– Простите.

Марион стояла с открытым ртом, прижимая руки к груди.

– Лен! – только и смогла она вымолвить.

– Простите. – Я был готов сквозь землю провалиться. Вернее, сквозь паркет. – Сейчас все соберу.

– Т-ты… одержим б-бесами?

– Ну да, – заявил я, приободряясь.

 – В меня регулярно вселяется Бес Солнечного Зайца. Каждый вечер в пятницу и по утрам в понедельник.

– Трепло несчастное! – нервно всхлипнула перепуганная тетка. – Сейчас же сложи все, как было.

Марион принялась сама подбирать и запихивать вещи в шкаф. Я помогал. Хрюндель выбрался из-под тахты, вскарабкался по мне и вздумал было разместиться на загривке, но я сунул его под майку, на живот; там он и затих.

– Уф-ф.