Листопад, окрашенный кровью

Подойдя к секционному столу, Конорс устремила взгляд на белую простынь, которой было накрыто тело, затем подняла голову и взглянула на Хадсона, который стоял рядом, позволяя ей отчётливо чувствовать его напряжение.

Исходя из рабочего опыта процедуры опознания, она имела полное представление, что он сейчас чувствовал, но если практически все едва держались при виде только секционного стола, Хадсон был подобен камню: его лицо не выражало ни одной эмоции, руки покоились в карманах пиджака, а единственное, что выдавало его – нервно дёргающиеся желваки.

Она поджала губы, когда он взглянул на неё и едва заметно кивнул, словно прочитав вопрос в её глазах. Переборов внезапное желание коснуться его плеча в сожалеющем жесте, Джулия тяжело вздохнула и перевела взгляд на Тэссу, которая терпеливо ожидала разрешения на то, чтобы наконец откинуть край белой простыни.

Воздух в зале был словно пропитан смертью, а обстановка то и дело угнетала, заставляя ледяной холод пробежаться по спине.

Всё было стерильно белым и исключительно металлическим; яркий свет вдруг зажёгшейся лампы ослеплял, больно давя на глаза.

Конорс кивнула судмедэксперту, и та тут же откинула край белоснежной простыни, позволяя детективам взглянуть на сероватое лицо Генри с тоненькими порезами, отчётливо создающими крест.

– Причина смерти – ножевое ранение. Как ты и говорила: первый нанесли со спины, остальные – в грудь – были добивающими, – начала Тэсса, указывая на раны.

 – Нож был заточен безупречно, но… – она потянулась за бумагами, – один край был с зазубринами. И мне удалось найти похожий.

Конорс приняла из её рук распечатку с чётким изображением охотничьего ножа с большими зазубринами с одного края. В голове как будто что-то щёлкнуло, когда она увидела его, и перед глазами в тот же миг пронеслись картинки того дела, которое она разбирала всего несколько часов назад. Она сглотнула, не решаясь озвучить свои мысли.

– Что скажешь по порезам на лице? – вернув снимок, спросила Конорс и убрала руки в карманы своего кожаного чёрного плаща.

– Края ровные. Он наносил эти порезы уверенно и твёрдо, но уже посмертно.

– Что-то вроде личной метки? – подал голос Хадсон, и Тэсса кивнула.

– Возможно, – она опустила простынь и направилась к рабочему столу.

Конорс вновь повернулась к Хадсону, который безотрывно смотрел на мёртвое тело своего друга.