Аномальный наследник. Поступление

Выдержав взгляд ее бездонных карих глаз, я чуть прищурился и улыбнулся. Она не сдержалась и улыбнулась в ответ.

К сожалению, услада глаз моих вышла через две станции. Протискиваясь к выходу, она толкнула меня попкой и подмигнула на прощанье. Ну а ее место заняла дама крупной формации. Не в моем вкусе.

Хотя что сейчас мой вкус – тот еще вопрос. Похоже, молодое подростковое тело может себя проявлять.

– Брат, нам скоро выходить, ты помнишь? – шепнул мне на ухо Боря.

– Ага, – кивнул я. Хотя без напоминания, как пить дать, пропустил бы нужную станцию.

Возле нашей станции было несколько кафешек, в том числе и так называемое интернет-кафе. Дома рядом со станцией показались мне довольно новыми – высокие двадцатичетырехэтажные здания. Но чем дальше вглубь улиц мы отходили, тем ниже становились постройки. Вот уже и пятиэтажки сменились двухэтажными «бараками».

В одном из них на первом этаже мы и жили – эдакий крошечный домик на четыре семьи.

– Аскольд! – заговорил Борис, как только мы зашли в квартиру.

– Пока нет, – спокойно ответил я.

Благодаря памяти реципиента я знал, что в этом мире господствуют те, кто способен использовать положительную энергию. Наиболее часто ее называют праной. Но есть и другие названия: ци, ки, эфир или даже жива – национальное название в Российской империи. Способных применять ее в России называют осветленными, потому что в момент активации живы можно увидеть энергетическое свечение.

– Но ты ведь использовал что-то вроде золотых молний, чтобы атаковать тех аристократов! – поддержал двоюродного брата Глеб.

– Нет еще, – терпеливо повторил я, разуваясь. – Но собираюсь научиться. Идемте на кухню, там и поговорим.

Наша комната, в которую мы прошли из прихожей, имела два окна. В ней находились двухъярусная кровать и кровать обычная. А также два стола. На одном из них, точно царь, стоял светло-серый ящик со стеклом. На несколько мгновений я завис, пытаясь понять, что это и почему от него идут какие-то провода к коробке под столом.

Память реципиента подсказала – передо мной доисторический предок компьютера. Мощности в этом куске пластика и железа раз в сто меньше, чем в простенькой детской игрушке в Александрии. Еще и выхода в глобал, или, как тут говорят, в Интернет, нет.

Расстроенно покачав головой, я переоделся в домашнее и пошел мыть руки. Да уж… «удобств» по минимуму, и все в одной комнатке.