Малахитовые щиты

Как ни крути, но получить в два раза меньше денег, чем наш друг-художник – огромный удар по самолюбию Дениса.

К сожалению, идеальных предложений по экономическому развитию от Дениса не поступало. Дельные были, как и у меня, но над всеми ними нужно хорошенько подумать. Большая проблема в том, что, когда создаёшь бизнес, ты сам должен им управлять. Полностью понимать все процессы. Для меня же гораздо важнее изгонять граймов. То есть сконцентрироваться на чём-то одном у меня никак не получится.

Пока наши обсуждения носили слишком общий характер.

Мы делились идеями, пытались нащупать направление.

– Я могу рисовать, – в один момент озвучил свою мысль Миша, – продолжу рисовать комиксы, а вы поможете мне раскрутиться. Как вам? Если всё пойдет, денег хватит для дальнейшего развития.

– Это само собой, – хмыкнул я. – Если ты сохранишь желание развиваться в этом направлении, мы займёмся твоим продвижением. Но всё же одних комиксов слишком мало.

Если бы Света осталась со мной, можно было бы создать студию дизайна, как она и хотела.

Плюс производство различной сувенирной продукции, разработанной моей сестрой. Миша вполне мог помогать ей в свободное время. Но не судьба.

В общем, мы просидели пару часов, правда, так ничего толком и не решили. Но время у нас есть, не страшно.

Проводив ребят, я убрал со стола и, плюхнувшись на диван, включил телевизор. Смотреть особо было нечего, да и не интересно. Решил пораньше лечь спать, чтобы наутро с новыми силами приступить к делам.

Выключил телек и пошёл закрывать раскрытое настежь окно.

Фонари у подъездов разгоняли ночную темноту мягким жёлтым светом. Во дворе было ни души, только лёгкий свежий ветерок шевелил молодую листву и обдувал моё лицо. Тихая ночь, свежий воздух… Приятно, чёрт подери!

Я улыбнулся во весь рот и вдохнул полной грудью. Внезапно в груди кольнуло и обожгло, как будто кто-то воткнул горячую иголку. Затем ещё раз и ещё.

Мысли пустились в пляс. Осторожно перевёл взгляд вниз – моя футболка в области сердца медленно пропитывалась кровью.

В следующий момент я заставил себя завалиться набок и рухнуть, изобразив безжизненное тело.

Я лежал под подоконником, вытянувшись параллельно стене, так, чтобы меня не было видно даже с крыши. Оттянул горловину футболки и увидел, как под тканью прямо на моих глазах начала уменьшаться одна из костей под черепушкой Джека, принимая привычную форму.

А с неё спадают три пробитые насквозь пули.

Снайпер стрелял в сердце, довольно кучно, три раза.