Тот, кто срывает цветы

Мне было и хорошо, и плохо одновременно. Я хотел, чтобы у Альвина все было хорошо, но вместе с этим мечтал, чтобы он вдруг передумал уезжать.

– Ага, спасибо, – сказал он, когда мы с Бастианом помогли затолкать чемодан багажник. – Я ведь наверняка что-то забыл.

Бастиан пожал плечами.

– Эта вещь будет не так важна, если ты правда ее забыл.

Альвин на секунду задумался, потом кивнул.

– Пожалуй, ты прав, – он вздохнул, положил ладони нам с Бастианом на плечи. – Присматривайте друг за другом, хорошо?

– Конечно, – кивнул Бастиан.

– Да, – сказал я. – Ты тоже будь осторожен.

Шарлотта высунулась из машины. Она была в летнем платье, маленькая, с копной кудрявых рыжих волос. Издалека ее запросто можно было принять за сестру Альвина, а не за его мать.

– Альвин, мы опоздаем, – позвала она.

– Тебе пора, – понуро сказал я.

Альвин чуть нагнулся, быстро обнял нас с Бастианом и пошел к машине.

Я вцепился в камеру у себя на шее, быстро поднес ее к лицу, чтобы сделать снимок. В итоге он получился смазанным, как весь тот июльский день.

Он уехал. Мы с Бастианом еще какое-то время постояли у дороги, а потом пошли немного прогуляться.

– Может, мы однажды тоже уедем, – сказал Бастиан, задрав голову в небо.

Мы сидели на старых покрышках недалеко от его дома и ели мороженое. Воздух казался колючим из-за жары.

– Я бы не хотел. Да и Альвин же не насовсем уехал.

– Кто знает.

– Он так сказал.

– Альвин тем более не может этого знать. Может, ему понравится в Берлине, и он захочет там остаться? – предположил Бастиан.

Мне не хотелось развивать эту тему дальше, поэтому я спросил:

– Куда бы ты поехал, если бы мог?

Бастиан задумался. Подтаявшее мороженое в его руках начало капать, он дернулся и чуть не слетел с покрышки. Я прыснул от смеха.

– В Австралию, – невозмутимо ответил Бастиан, – или в Англию, чтобы взглянуть на Стоунхендж.

– А в Австралию на кой черт? На кенгуру смотреть?

Бастиан хмыкнул.

– Ты сам-то, – сказал он, доедая мороженое, – куда бы поехал?

– В Италию, – ответил я, – или в Россию.

В маминых книгах я видел фотографии Везувия и Колизея и хотел взглянуть своими глазами на них и Пизанскую башню, попробовать настоящую пиццу, побродить по местным музеям, насладиться следами эпохи Возрождения. Россия привлекала меня по вполне понятным причинам.