Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза

– Идите, Бесси. Но если он заперся со своими лордами, лучше не беспокойте его.

Елизавета подобрала серебристые юбки и быстро пошла по галерее, которая вела в покои короля. У дверей стражники подняли алебарды, пропуская ее. Присутственная зала была пуста, и принцесса прошла в располагавшиеся за ней личные покои. Из-за дверей кабинета слышались крики. Кричал отец, Елизавета никогда еще не заставала его в таком гневе.

– Я не шучу – это война! – услышала она рев короля. – Я не потерплю такого оскорбления!

В ответ раздался говор мужских голосов.

Елизавета постучала. Ей нужно было знать, о чем идет речь. Крики прекратились, как только паж с испуганным лицом отпер дверь.

– Бесси! – воскликнул отец. Он был весь красный и тяжело дышал, лицо подобно грозовой туче.

Принцесса сглотнула, чувствуя, что ей здесь не место.

– Миледи матушка интересуется, куда вы пропали, – запинаясь, пролепетала она.

Стэнли, Риверс, Гастингс и Дорсет смотрели на нее с болезненным выражением на лицах.

– Бесси, – тяжело проговорил король, – это касается вас больше, чем кого бы то ни было другого. Людовик оставил нас. Вы не выйдете замуж за дофина. Этот мерзкий паук заключил союз с фламандцами и обручил дофина с дочерью Максимилиана Маргарет. По этому договору Людовик получает всю Бургундию, кроме Фландрии, которую уступил Максимилиану. Кроме того, он прекратил выплату мне пенсиона, только недавно восстановленную. – Король говорил сквозь сжатые зубы.

Елизавета пыталась осознать услышанное, а Эдуард начал расхаживать взад-вперед по кабинету, продолжая яриться. – Этот договор разорвал в клочья всю мою продуманную международную политику, но больше всего меня задевает то, что вам, моя драгоценная принцесса, придется испытать унижение публично отвергнутой невесты.

Елизавета ничего не имела против расторжения помолвки, но облегчение оттого, что ей не придется ехать во Францию, внезапно было умерено жгучим чувством стыда.

Все узнают, что от нее отказались. Люди, не имеющие понятия о приведших к этому обстоятельствах, могут решить, будто все произошло из-за какого-то дефекта в ней самой. Как она теперь появится на людях? Все станут смотреть на нее с жалостью или еще того хуже.

Принцесса не могла рта раскрыть. Стояла там столбом – никакая она теперь не будущая королева Франции – и чувствовала, что все на нее пялятся.