Лучше, чем друзья

Пожалуйста, только папу сюда не вмешивай.

Я нашла в себе силы протянуть руку и потрогать Леви за лодыжку.

– Подождите, она что-то хочет сказать, – Леви опустился на колени. – Папа хочет с тобой поговорить.

Леви поднес трубку мне к уху.

– Кэлли, солнышко, что случилось?

Голос у папы был взволнованным. Боже, почему я доставляю ему неприятности? Ненавижу себя.

– Пожалуйста, Кэлли, поговори со мной.

– Это… я… – я пыталась успокоиться, но от папиного голоса стало только хуже. Я прерывисто вдохнула. – Расскажи ему про кулон.

Говорить я больше не могла, но папа и так все понял.

Я смотрела, как Леви слушает папин рассказ. Он побелел.

– О боже. Я не знал. Простите, – тихо ответил он. – Я не знал.

Перед кем он извинялся – перед папой или передо мной? Может, перед нами обоими.

Конечно, он не знал. Откуда ему было знать? Как бы он догадался, что мама носила похожий кулон с буквой «М»? Что папа подарил его ей, когда забирал нас домой из роддома? Откуда Леви знать, что мама носила этот кулон не снимая? Что он был на ней, когда она умерла? Что ее с ним и похоронили?

Леви повесил трубку и сел рядом.

Он обнял меня за плечи, и я прижалась к нему.

– Твой папа сейчас подъедет. Макаллан, прости меня, пожалуйста. Мне так жаль. Я не знал. Прости, что напомнил тебе о таком. Прости, что ничем не могу тебе помочь. Я даже не знаю, можно ли тут чем-то помочь. Мне так жаль, что я и сейчас не могу подобрать слов.

Он замолчал. Но его присутствия было достаточно.

– Знаю, что я в последнее время вел себя как идиот… что мало проводил с тобой времени.

И за это мне тоже очень стыдно. Я знаю, что многого не знаю, но одно могу обещать: я буду рядом. Что бы тебе ни понадобилось, когда бы ты меня ни позвала, можешь на меня рассчитывать. Что бы ни случилось. Что бы ни случилось. Ты ведь это знаешь, правда?

Не уверена, что знала это – пока он не сказал. И хотя мое сердце рвалось на части от воспоминаний о маме, я разрешила доброте Леви его подлатать.

И еще я поняла, что Леви пора кое с кем познакомиться.

Закутавшись потеплее, мы поднимались на гору. Леви всю дорогу молчал. Я не знала, как он отреагирует, но настало время с ним поделиться.

Мы уже подходили. Леви, склонив голову, шел в паре шагов за моей спиной.

– Леви, я хочу познакомить тебя с мамой, – я остановилась у серой мраморной плиты. – Мама, это Леви. Я тебе про него рассказывала.

Я стряхнула с плиты снежную пыль.

– Здравствуйте, – негромко отозвался Леви.