Грешные намерения

Один из носильщиков откинул верх, Лазарус ступил между поручнями и сел в портшез. Переднюю дверку закрыли и заперли, а верх опустили. Носильщики подняли портшез и отправились по лондонским улицам.

Лазарус гадал, что заставило мать вызвать его? Не собирается ли она снова просить денег? Это было маловероятным, поскольку она имела от него щедрое пособие и владела несколькими собственными имениями. Может быть, на старости она увлеклась азартными играми? Он громко фыркнул.

Носильщики остановились, и Лазарус вылез из портшеза.

Дом, который он купил для матери, был небольшим, но весьма роскошным. Она жаловалась – все еще жаловалась, – что он заставил ее покинуть Кэр-Хаус.

В доме дворецкий проводил его в раззолоченную до неприличия гостиную. Лазарус просидел добрые полчаса, рассматривая золоченые завитушки на коринфской колонне, охранявшей дверь. Он мог уйти, но ему все равно пришлось бы когда-то разыграть этот фарс. Так уж лучше покончить с этим побыстрее.

Она вошла так, как входила всегда – остановившись в дверях на долю секунды, чтобы поразить своей красотой всех присутствующих.

Лазарус зевнул.

Она рассмеялась, но это не скрыло ее злости.

– Ты уже совсем потерял понятие о приличиях, сын мой? Или теперь модно не вставать, когда входит леди?

Он поднялся так лениво, что это выглядело как оскорбление, а затем, насколько это было возможно, коротко поклонился ей.

– Что вам нужно, миледи?

Это, конечно, было ошибкой. Показывая свое нетерпение, он давал ей повод затянуть встречу.

– О, Лазарус, неужели ты всегда ведешь себя так грубо? – Она осторожно опустилась на один из изящно раскрашенных диванов. – Это становится скучным. Я велела приготовить чай и сладкие булочки, так что, – она небрежно махнула рукой, – ты хотя бы из-за этого должен остаться.

– Должен? – тихо, с раздражением спросил он.

На красивом лице матери промелькнула нерешительность, но затем она твердо заявила.

– О да.

Лазарус сел, на минуту уступая своей стареющей матери.

Пока они ждали обещанного чая, он разглядывал ее. Он ненавидел чай, всегда ненавидел. Она не знала об этом или скорее всего просто хотела вывести его из себя?

В молодости леди Кэр славилась своей красотой, и время пощадило ее. Ее лицо было прекрасно, четкий овал лица, длинная изящная шея. У нее были такие же, как и у него, глаза. Ясные, синие, со слегка приподнятыми уголками. Лоб белый и гладкий.