Грешные намерения

Волосы, как и у него, прежде времени поседевшие, но вместо того, чтобы попытаться выкрасить их или носить парик, она гордилась их необычным цветом. Она любила темно-синие платья, подчеркивающие этот цвет, и носила черные или темно-синие шляпки, отделанные кружевом и драгоценными камнями.

Она всегда знала, как надо привлекать внимание.

– А вот и чай, – сказала мать, когда в комнату вошли две горничные с подносами. Не прозвучало ли в ее голосе облегчение?

Служанки молча поставили подносы и тихо вышли. Леди Кэр начала разливать чай.

– Сахар?

– Нет, спасибо.

– Конечно. – К ней вернулась самоуверенность. Мать протянула ему чашку. – Я вспомнила: ни сахара, ни сливок.

Он поднял брови и отставил в сторону чашку, к которой так и не притронулся. Что за игру она затеяла?

Казалось, мать не заметила, что он не обратил внимания на чашку чая.

– Тебя видели со старшей мисс Тернер. Она тебя заинтересовала?

Он какое-то мгновение с искренним изумлением смотрел на нее, а затем расхохотался:

– Так вы решили подыскать мне невесту, мэм?

Она недовольно свела брови.

– Лазарус…

Он быстро перебил ее, переходя границу, которой они оба придерживались.

– Может быть, вы осмотрите и выберете несколько кобылок, а потом выстроите их передо мной в ряд, чтобы я сделал свой выбор? Конечно, это не так уж легко, учитывая слухи о моих странностях, распространяемые в лондонском обществе. Но самые расчетливые семьи наверняка будут держать своих девственниц подальше от меня.

– Не говори непристойностей. – Мать с жестом отвращения поставила свою чашку.

– Сначала грубости, затем непристойности, – заметил он. Его терпение иссякало. – В самом деле, мадам, удивительно, что вы вообще терпите мое общество.

Она нахмурилась.

– Я…

– Вам нужны деньги?

– Нет, я…

– Тогда у вас есть какое-нибудь срочное дело, которое вам требуется обсудить со мной?

– Лазарус…

– Ничего не случилось? – перебил он. – С вашими землями или слугами?

Она молча смотрела на него.

– В таком случае, боюсь, я должен уйти, леди Кэр. – Он встал и, не глядя ей в глаза, поклонился. – Желаю вам доброго утра.

Он был уже у двери, когда она сказала:

– Ты не знаешь. Ты не знаешь, каково это было.

Он стоял спиной к ней и не повернулся, чтобы ответить.

Мэри Хоуп не становилось лучше.

Темперанс с беспокойством смотрела на кормилицу, Полли снова и снова пыталась заставить младенца взять сосок.