Монстры и маринованные крабы. Листва Красная

– Сопротивление? – шепотом спросил гробовщик.

Листва продолжала кивать. Мален скорчил гримасу, словно от резкой боли, закрыл глаза ладонью и принялся массировать лоб. Опять я в это ввязываюсь, думал он. Видать, судьба. Такими темпами и меня завербуют в этот клуб анонимных оппозиционеров. А хотел ведь спокойно в лес прогуляться. Хуй мне, а не лес.

– Поможешь? – нетерпеливо спросила Листва.

– Конечно, я тебе помогу, но при двух условиях. Первое – сделаю все по кодексу. Второе – получу двадцать одну монету.

– Я могу отработать.

– Нет. Я получу двадцать одну монету, а за твою работу заплачу сам.

– Договорились.

– Договорились. Погоди, – сказал Мален, встал и ушел на второй этаж.

Вернувшись, гробовщик протянул Листве ключ с брелком. Девушка взяла. На брелке выгравирована цифра три с необычной, переливающейся на свету синей инкрустацией. Красивый, подумала Листва и улыбнулась. Такие обычно торжественно вручают гробовщикам за хорошую службу вместе с личным эллингом и новенькой рабочей яхтой.

Он мне доверяет.

– Спускайся на улицу и открывай эллинг, заряди и заводи яхту. Камни в обогревателе. Обогреватель в верхнем ящике с инструментами. А я быстро соберусь и напишу Графу. Нам понадобится помощь.

– Поняла, хорошо, – сказала Листва, встала, крепко обняла Малена и направилась к выходу. Гробовщик помог желтой фее открыть дверь и вернулся на кухню. Мален убрал тазик с икрой, а нетронутую порцию Листвы и остатки хлеба кинул в кошачью миску и поднялся на второй этаж.

Флех лежит на коврике у камина и спокойно наблюдает за огнем.

– Ну, что-о-о? Ху-у-уй мне, а не ле-е-ес? – спросил грустный котик.

– Да, – коротко ответил Мален и подошел к компьютеру, стоящему в дальнем углу комнаты.

Флех встал и пошел за хозяином. Гробовщик снял с крючка на стене защитный фартук и надел его. Сел на маленький офисный стул, открыл компьютерную шуфлядку, достал и надел защитные очки, респиратор и перчатки.

После всех приготовлений Мален потянул самый большой рычаг на панели управления.

Машина затрещала, зажужжала. Толстые металлические трубы, торчащие из устройства и уходящие куда-то в потолок либо проложенные вдоль стен, загремели, зашипели. Задрожала вся квартира. Маленький экран, громко щелкнув, вспыхнул. Всю комнату осветил яркий голубой свет.

Мален быстро ввел несколько числовых команд и начал набирать письмо:

“Доброе утро, Граф. Извини, что так рано.