Сага о розах. Книга третья

Воистину, немыслимое кощунство!

И что теперь?

Вместо того, чтобы придать глубоко влюблённому мужчине сил в случае чего тихо и незаметно отступиться от любимой, от него просят что? Что просят?!

Нет, это для всех прочих церемония будет символом вечной чистоты небес и мира. А вот для маркиза Виссерийского она станет открытым благословением супруги на её брак с другим.

Благие Двенадцать, да какой мужчина воспримет такое спокойно?

– Я сделаю всё, что от меня зависит, – снова склонил голову Эрт и предпочёл всю оставшуюся дорогу молчать.

Отчего-то он чувствовал себя так, будто вымазался в грязи.

***

Зарраху уже казалось, что Снерш его там на берегу проклял. Скверна взялась за его тело с небывалым размахом.

«Просто вопреки разумным словам ты нисколько не прекратил заниматься Ключом», – поспешил с упрёком внутренний голос.

– Заррах? – тихо прошептала Омико.

– Да, прости.

Он продолжил ласкать женское тело негнущимися пальцами, и девушка, страстно застонав, провела ладонями по его груди.

Но кожа там уже начала каменеть, он почти не почувствовал прикосновений. Просто знал, что они есть и потому с жаром поцеловал Омико в губы. Хотя бы их вкус он ещё чувствовал. Хотя бы нежный запах своей мереш он ощущал.

На этот раз близость с женой не принесла того удовольствия, что могла бы. Однако, скорее всего, не из?за распространяющейся потери чувствительности, а из-за не покидающих голову Зарраха мыслей.

Он знал, что ему осталось совсем недолго. Не год или два, как он сперва наивно надеялся, а хорошо если ещё месяца три.

– Мне было хорошо с тобой, – прошептала Омико, прислоняясь к нему крепче.

– Это всё ожерелье, – с усмешкой подцепил он украшение пальцем. – У меня челюсть сводит, когда я пытаюсь его прокусить, так жалко портить столь бесценную вещь.

– А я, значит, не такая бесценная?

– Ты ещё ценнее. Иначе поверь, я бы ни за что не отдал тебе эту красоту.

Посмотри, как его местами мои зубы погнули.

Она тихонечко засмеялась, и ему стало ещё приятнее целовать её. Ему нравилось, когда у Омико хорошее настроение.

– Я ожерелье Сабрине не показываю, всё как ты просил.

Да, Зарраху нравилось, когда у Омико хорошее настроение. Вот только он терпеть не мог разговоры о Сабрине! Его всё больше и больше раздражало присутствие посторонней девицы, плюс ко всему начавшей несусветно капризничать.