Всё из-за тебя, Итан

Я поднимаюсь, отодвигая стул, и инстинктивно морщусь, когда он издаёт мерзкий скрип. Сюзанна, по очереди поманив меня всеми своими пальцами, подпирает подбородок кулаком.

– Гм, – начинаю я.

– Может, сперва представишься? – вполголоса подсказывает мисс Сильва.

– Я Итан, – говорю я парте, внимательно разглядывая вырезанную угловатыми буквами надпись «СДЕСЬ БЫЛ ЭДДИ». – Из Бостона.

Глаз я не поднимаю, но думаю, что мисс Сильва сейчас ободряюще кивает и улыбается. Судя по туфлям, украшенным пурпурными бантиками, она из тех учителей, кому это свойственно.

– Может, хочешь рассказать о чём-то, что нам стоит знать, Итан? Какое-нибудь хобби, забавные факты?

– Гм. Не думаю.

Слегка даю петуха на «у» и слышу чей-то шёпот. Сосредотачиваюсь на том, чтобы не покраснеть.

– Что ж, уверена, скоро мы узнаем тебя получше, – говорит мисс Сильва. – Можешь садиться.

Подогнувшиеся ноги с благодарностью роняют меня обратно на стул.

Мисс Сильва что-то говорит о проекте диорамы, но у меня страшно гудит голова, и я ничего не понимаю.

Помню, какой школа была для меня раньше. Когда у меня была Кейси. В Бостоне я без всякого смущения выступал перед классом. Случись мне ляпнуть какую-нибудь глупость, она бы потом беззлобно пошутила на этот счёт и мы бы вместе посмеялись. А если бы дал петуха, она бы тотчас меня передразнила, я бы толкнул её в плечо и она толкнула бы меня в ответ.

Сплошная веселуха.

Я отгоняю воспоминания и снова пялюсь на надпись «СДЕСЬ БЫЛ ЭДДИ». Интересно, где сейчас тот Эдди? Сколько ему было, когда он вырезал здесь своё имя? Наверняка давно вырос.

Не каждому дано вырасти, бурчит голос у меня голове. Может, от Эдди только и осталось, что эти нацарапанные на парте буквы – словно выбитая на надгробии эпитафия. Или имя Кейси на том счёте.

Я отвожу глаза.

После классного часа у нас вместо физры час здоровья – до самого звонка конспектируем видео о причинах рака. Завтра к нам придёт какой-то приглашённый эксперт, поговорим о вреде канцерогенов.

Следующим уроком – естествознание с мистером Чарльзом, чьи совершенно побелевшие жидкие волосёнки торчат в разные стороны, как пух одуванчика, но борода при этом на удивление густая и чёрная. Когда я вхожу в класс, он крепко сжимает мою бледную руку своей тёмно-коричневой и энергично встряхивает.

– Рад познакомиться, Итан, – говорит он мне, совсем как дедушка Айк.

Будто я взрослый.