Формула от смерти

Только руки болят все сильнее от напряжения.

– Руслан! – ощущаю руку тренера на плече. – Хватит, слышишь?

Останавливаюсь и оборачиваюсь к Виктору Николаевичу, встречаюсь с его сочувствующим взглядом.

– Не надо так расстраиваться, – подбадривающим тоном произносит он.

Расстраиваться?! Да это ещё мягко сказано!

Вытираю пот со лба. Виктор Николаевич продолжает говорить, хотя, наверное, видит, что его слова не особо утешают:

– Это не единственная возможность стать мастером спорта.

– Ага.

Слова тренера кажутся пустыми – он просто пытается меня поддержать.

– Руслан.

Да что опять?

– Что? – спрашиваю чересчур резко, поворачиваюсь.

– Ты кое-что забыл, – он кидает мне ключи от раздевалки.

И только сейчас замечаю, что все ушли, а на часах уже восемь – я задержался на час. И в благодарность только выплеснул злость на Виктора Николаевича… Становится стыдно. Он уже давно мог быть дома, но решил дать мне побольше времени в последний день.

Стою, опустив глаза, не зная, что сказать. Тренер всегда относился ко мне с отеческой заботой, и за эти семь лет практически каждодневных тренировок стал мне родным человеком – тем, к кому можно обратится в трудную минуту. Эти три предстоящих месяца без тренировок кажутся вечностью. Бокс не просто мое хобби – он весомая часть моей жизни. Я не представляю свою жизнь без него.

Виктор Николаевич, будто бы прочитав мои мысли, подходит, взяв меня за плечи и легонько тряхнув, говорит:

– Руслан, хватит думать об этом! На этом жизнь не кончается! Ну не победишь чемпионат в Москве в этот раз, победишь в Питере или региональный.

Удивительно, но эти слова меня подбодрили.

– Самое главное не потерять форму! Тренируйся! И в драки не лезь. Может через месяц Людмила Александровна смягчится и пустит тебя на соревнования. Она же знает, как это важно для тебя… – он хлопает меня по плечу. – Ну? Хорошо?

Я киваю, а он добродушно усмехается.

– А теперь шуруй, а то Маринка опять начнёт твердить, что у меня работа превыше всего.

Теперь уже настает моя очередь усмехаться, – в голове всплывает воспоминание о том, когда жена Виктора Николаевича, после его задержки с нами на тренировке, пришла в зал и экспрессивно отчитала его, нисколько не смущаясь своих невольных зрителей. Тренер снова подбадривающе хлопает меня по плечу и убирает руки. На сердце становится легче.