Загадка невидимого гостя

 – Я вас, между прочим, целую неделю читал.

И он продемонстрировал книжку, из которой торчало множество закладок. Гриппова передернуло, однако он сдержался и, выдавив кислую улыбку, сказал:

– Кажется, молодой человек, вы серьезно поработали над творчеством скромного современника.

– Я все делаю серьезно, – заверил Муму.

– Тогда я вас слушаю, – сказал Гриппов, и голос у него почему-то сорвался.

– Нервничает, – еле слышно проговорила Варя. – Кажется, Муму, ты его достал.

Ольга Борисовна, по-видимому, была того же мнения и, спеша разрядить обстановку, обратилась к Гриппову:

– Владимир Дионисович, неплохо, если сперва вы сами расскажете о своей жизни, творчестве.

А уж потом ребята вам зададут вопросы.

– Извольте, – легко согласился известный поэт и прозаик. – Родился в Петербурге, который тогда назывался Ленинградом. Жил в большой коммуналке, где, кроме нашей семьи, обитало еще целых двадцать.

– Ну и ну, – прошептала Варвара на ухо Маргарите. – Кто бы мог подумать! Мне-то казалось, что он к нам прямо с Марса свалился.

– Все детство я спал на раскладушке! – все больше вдохновляясь, рассказывал Гриппов. – И на все двадцать семей у нас в квартире имелась только одна уборная. Каждое утро я стоял в большой очереди!

– Слушай, Луна, а какое отношение эта питерская коммуналка с ее уборной имеет к его литературно-виртуальной концепции современной реальности? – спросил Герасим у Павла.

– По-моему, самое непосредственное, – усмехнулся розовощекий кудрявый Павел.

 – Он стоял в очереди и, чтобы отвлечься, думал о разном. Вот у него концепция и возникла.

– Наверное, ты прав, – проворчал Каменное Муму.

– Школу я все-таки закончил, – продолжал тем временем Владимир Дионисович. – Хотя протест мой зрел.

– Как интересно! – воскликнула Наташка Дятлова, которая первый раз в жизни видела живого известного поэта, а к тому же еще и прозаика.

Владимиру Дионисовичу ее внимание польстило. И он, стараясь смотреть на Наташку и не видеть порядком раздражавшего его Герасима, перелистнул еще одну страницу своей доблестной биографии:

– После школы я поступил в университет.

На филологический. Но мои взгляды на искусство не совпадали с концепциями консервативной профессуры. Мы с друзьями и единомышленниками создали литературный кружок «Вольные пилигримы». Разразился жуткий скандал. Нас обвинили в отрыве от народа, масонстве, пропаганде чуждых идей и религии. В общем, нас с треском выгнали. Мы ушли в андерграунд.