Загадки лунного света

– Конечно! – согласилась Наташа, и тем самым очень обрадовала Васильева. – Может, они душу его истерзанную согревали?

– Вполне возможно, вполне возможно, – Юра с умным видом поднял вверх указательный палец. – Но тогда объясните мне, для чего он так тщательно упаковал книгу?

– Что ты имеешь в виду? – спросила Таня.

– А то, что Василий Иванович носил ее с собой вовсе не для того, чтобы хотя бы изредка читать любимые стихи.

– А для чего тогда? – удивилась Наташа.

– Вот и я думаю, для чего? – Цветков задумался.

 – Тут какая-то тайна. И он ее хранил. И может быть, сам о ней не помнил.

– Даже если и есть тайна, – усмехнулся Лешка, – нам ее уже не разгадать. Книгу-то дворничиха унесла. Потеряет ее или просто выкинет.

– Да, – согласился Юра. – Это печально. Неужели тайна старика умрет вместе с ним?

– Я бы сейчас сыграл арию Орфея, – вздохнул Никита. – Она более всего подходит под эту печальную ситуацию.

– Книгу старушка унесла, – вдруг просветлел Юра, который никогда быстро не сдавался.

 – Но она оставила нам конверт и упаковку! Может они дадут нам какую-нибудь информацию?

И он вытащил из мусорки брошенный Петровной конверт и обертку, поднес их поближе к свету. Ребята столпились вокруг, чтобы получше видеть.

– Конверт самый обыкновенный, – сказал Юра. – Уже ранее использованный, даже марка есть с портретом Эйзенхауэра, что говорит о скупости Василия Ивановича. Пожалел денег на новый конверт.

– Оттуда у него деньги на конверт? – воскликнул Лешка.

 – Он же такой бедный! Вон пальто какое старое. Нашел конверт где-нибудь и все дела!

– Возможно! – согласился Юра. – Но я думаю, что данная точка зрения ошибочная. И знаешь почему?

– Почему?

– Посмотри на дату на штемпеле. Тысяча девятьсот пятьдесят третий год. Старик тогда наверняка бедным не был.

– Так если этот конверт такой старый, может в этом его ценность? – сделала предположение Наташа.

– Возможно, ты права, – согласился Юра. – Я его обязательно изучу при хорошем освещении.

А пока посмотрим на обертку. Так! На обертке тоже ничего нет. Просто упаковочная почтовая бумага. Плотная, почти непромокаемая. Что и говорит о том, что старик очень заботился о сохранности книги. Так что я тоже последую его примеру и все сохраню.

– Ой, ребята, я совсем замерзла, – сказала вдруг Наташа и поежилась. – Давайте расходиться.

– Ты нас прогоняешь? – спросил ее Юра, пряча за пазуху бумаги.

– Нет, что вы! – воскликнула Наташа.