История доктора Дулиттла

В садовом пруду плавали золотые рыбки, в кладовке жили кролики, в пианино – белые мыши, в гардеробе – белка, а в погребе – ёжик. Кроме того, у доктора была корова с телёнком и дряхлая лошадь почтенных двадцати пяти лет от роду, а ещё куры, утки, два ягнёнка и множество других питомцев. Но любимцами у него были утка Кряки, пёс Тяв, свинка Хрюки, попугай Занзибар и сова Ухуху.

Сестрица доктора всё ворчала насчёт живности и твердила, что от зверей в доме сплошная грязь. А однажды к доктору приковыляла старая дама, мучимая ревматизмом, и нечаянно села прямо на ежа, спавшего на диване, после чего стремительно удалилась и более не возвращалась, а взяла за правило каждую субботу ездить в соседний городок за десять миль, на приём к другому врачу.

После этого случая сестрица доктора, Сара Дулиттл, явилась к нему и сказала:

– Джон, неужели ты полагаешь, будто пациенты станут к тебе ходить, если ты устроил в доме зверинец? Слыханное ли дело, чтобы в приёмной у доктора кишели ежи и мыши! Твои любимцы спугнули уже четвёртого пациента.

Судья Дженкинс и супруги Парсонс заявили, что больше не подойдут к твоей приёмной и на пушечный выстрел, даже если расхвораются не на шутку. Деньги у нас на исходе. Если ты и дальше будешь вести себя таким манером, ни один из приличных горожан не пожелает у тебя лечиться.

– Но звери и птицы мне по сердцу куда больше, чем твои приличные горожане, – возразил доктор.

– Смехотворная чепуха! – возмутилась сестра и выбежала вон.

Старая дама, мучимая ревматизмом, нечаянно села прямо на ежа, спавшего на диване, – после чего стремительно удалилась…

Время шло, живности у доктора Дулиттла всё прибавлялось и прибавлялось, а пациенты появлялись всё реже и реже. Наконец пациентов не осталось вовсе, если не считать торговца мясными обрезками для кошек – он-то любил животных. Но торговец был человек бедный и на приём к доктору захаживал лишь раз в году, под Рождество, купить микстуры на шесть пенсов.

На шесть пенсов в год нельзя было прокормиться – даже в те далёкие времена; а потому, не будь у доктора кое-каких сбережений, неизвестно, как бы дело обернулось.

Между тем доктор Дулиттл знай себе обзаводился всё новыми и новыми питомцами; и, разумеется, содержание их влетало ему в немалые суммы. Поэтому сбережения его стремительно таяли.

Тогда доктор продал пианино, а белых мышей переселил в ящичек своего секретера.