Девочка и стол

Иногда я думаю, что академическая музыка придет к тому, что «Лунную сонату» нужно будет играть строго в полнолуние в промежутке между девятью вечера и полночью, – девочка закатила глаза.

Стук-стук.

– И не говори. Что там с названием для новой песни? Ты думал?

Стол слегка заскрипел.

– Кальмарская уния[18 - Кальмарская уния – объединение королевств Дании, Норвегии и Швеции под верховной властью датских королей.]? Что это вообще значит?

Джек серьезно застучал ящиками.

– Стоп-стоп-стоп, про это я песни писать не буду.

Умерь свои шведские амбиции, мой дорогой друг. Нужно что-то другое, может быть связанное со мной, – Септима задумалась. – Посмотри вокруг, что ты видишь? Это не комната одиннадцатилетней девочки. У меня даже игрушек нет, кроме, пожалуй, мелодики, которая где-то под кроватью, но едва ли это игрушка – в привычном понимании.

Стук-стук.

– Сыграть на мелодике? Ха-ха-ха. Тебя так в шведской армии учили уходить от ответа? Да меня родители уроют, Джек. Я не уверена, что они вообще в курсе, что она у меня есть, – девочка полезла под кровать.

 – На месте, родная.

Септима отряхнула пыль с инструмента и сыграла несколько нот, легонько, так, чтобы дом, где всегда играла музыка, не стал домом ужаса и кошмара только потому, что кто-то играет на неправильном инструменте.

– Хах, не разучилась! Джек, а представь: я с мелодикой выйду на сцену перед высшим обществом и сыграю двадцатый концерт Моцарта. У них там пригорит в одном месте, что даже пожарные не спасут, – девочка улыбалась.

 – И я такая: «Дамы и господа, обратите внимание, это – мелодика», а они такие «Ах, да не может быть, она не посмеет! Полиция! Произвол на сцене!», а я им в ответ: «И я сейчас сыграю на ней Моцарта», и тут ползала попадает в обморок, «Да ведь как же так, Моцарта, да на мелодике играть, кощунство». Было бы смешно.

Джек весело застучал ящиками.

– Нет, потом мы не поедем захватывать Данию, – Септима вздохнула. – Джек, иногда нужно оставить прошлое позади и двигаться дальше.

– Септима, милая, я дома, на ужин будет соба с курицей, – послышался голос Лоры Хадсон.

– Да, мам, уже бегу, – крикнула девочка.

Стук-стук.

– Тоже хочешь собу[19 - Соба – национальное японское блюдо в виде длинной коричнево-серой лапши из гречневой муки.]? Джек, будешь думать о моей собе, я на тебя термитов натравлю, – сказала Септима и засмеялась.

Джек так стучал, что это показалось каким-то изощренным шведским ругательством.