Летучий корабль

– Я готов к испытаниям! – подтвердил Елисей, робко глядя на девушку.

Царь тогда продолжил:

– Если удастся исполнить задание, то тогда и определится твоя счастливая доля – поведёшь нашу птичью прислужницу под венец. Ну, а если дашь маху, то пойдем тебе выискивать новую невесту, не может быть, чтобы на Божене свет клином сошёлся. А потом, перед нами точно она? Из-за пуха не могу рассмотреть невестку. Умойте её!

Старший птичник с испугу попасть в царскую немилость, окатил птичницу из ведра водой. Расплакалась Божена и сквозь горькие слезы молвит:

– Ваше царское величество, а меня-то хоть кто-то спросил? Или, может, силком потащите под венец?

– Силком-то даже корову не оженишь.

Так говори, прямо перед всем честным народом – люб тебе Елисей, али не люб?

Наморщила лоб Божена, отряхнулась от воды и пуха и говорит:

– А вот пусть попробует выполнить богатырские задания, а то перед моей сестрой наверняка как павлин хвостом вертел.

– Сестрой?! Так ты Божена, сестра Красавы-Красы Золотой косы? – спросил царевич.

Не сразу отозвалась девица, поняла, что невольно обмолвилась:

– Да, я царского рода, мой батюшка царь Януш. Я удрала из дома, чтобы более не видеть своими глазами казней женихов моей сестрицы.

Дальше Божене отступать было не куда, и она промолвила, глядя царевичу в глаза:

– Я согласна стать твоей женой! А про эти испытания, царевич Елисей, позабудь, а то ещё вновь изувечишься, и так после Дивно Града еле с головой на плечах остался.

Но упрямый царевич, словно ошалев от счастья, вскочил на доброго коня, разогнался и Огонёк махнул прямо к белым облакам.

Высоко-высоко в небо взвился конь со своим седоком, и вот они уже благополучно миновали вершину горы, что поболее будет, чем в саду у Красавы.

Следом Елисей взял в крепкие руки свой испытанный лук, и что было силушки натянул тетиву и пустил серебряную стрелу прямо на луну. Со свистом унеслась в лазоревые дали пернатая и угодила прямо в ночное светило, в серебряную сестрицу самого Ясного Солнышка.

Далее указал перстом царь-батюшка на дуб в три обхвата и по-свойски промолвил на ухо наследнику:

– Быть может, откажешься, сынок? Она и так согласна, прибереги силушку-то богатырскую, ещё пригодится. – Не останавливай меня, любезный батюшка! Эх, была – не была!

И упёрся Елисей руками в ствол, а ногами в землю и со всей своей силушки налёг на дерево. Затрещал дуб, склонился, ещё чуть-чуть нажал царевич, и рухнул великан оземь, словно подкошенный.