Запах ночного неба

Вопрос про заклятие он, конечно, проигнорировал, и только загоревшаяся в Алане надежда снова потухла.

– Я верю тебе, – неожиданно сказал Келлан. – Ты не причинила бы мне вреда, даже если бы смогла.

Не найдя в себе слов, Алана кивнула.

– Я обещал тебе рассказать, куда мы едем, – покрывая поцелуями ее лицо, тихо проговорил Келлан. – Мы едем в одно очень опасное и вместе с тем очень полезное нам место. Оно скроет нас от любого поиска куда лучше браслета, что сейчас обвивает твое запястье. У нас неплохие шансы исчезнуть и никому и никогда больше не попасться, если за ближайшие пару дней мы успеем пройти перерождение.

«Перерождение». Что бы ни имел в виду Келлан, это слово звучало пугающе.

18. Ингард

Зал совещаний был пустым, и слова отражались от голых стен эхом. Ингард услышал напугавшие его отзвуки тихого шепота Сина, еще не ступив на порог. Он ускорил шаг и влетел в зал так быстро, что чуть не споткнулся о вытянутые ноги Роберта, непринужденно развалившегося в своем любимом мягком кресле у самого входа.

Больше в зале не было мебели: ни стола, ни стульев, ни подсвечников. Пустое пространство, освещенное лишь серым дневным светом, льющимся сквозь громадные окна, было очень неуютным. Син стоял посреди зала, а перед ним, ниже его почти на голову, вполоборота, будто пытаясь уйти, развернулся к выходу Келлфер.

Ингард обеспокоенно вгляделся в напряженное лицо Келлфера, потом – в беспристрастное Сина. Что же произошло за последние два дня?!

– Ты утверждаешь, что он сошел с ума после того, как коснулся разума Велиана? – Син подошел к Келлферу почти вплотную.

Ингард поежился: редко Син так открыто нарушал личное пространство кого- То из младших директоров.

– Син, нам стоит поговорить наедине, – приглушенно ответил Келлфер, настороженно мазнув взглядом по устроившемуся в кресле Роберту и так и застывшему у двери Ингарду. – Не вижу смысла обсуждать это при ком- То еще.

– Ты вмешался в разум Келлана, – сузил глаза Син.

Между ним и Келлфером не было и шага. Келлфер отступил назад. Син двинулся за ним.

– Это наше с ним дело, – голос Келлфера дрогнул.

– Ну нет, я не согласен, – подал голос Роберт. – Она – единственный носитель белой крови. С тех пор как твой страшный вороний герцог потерял своего ручного Вертерхарда, она – все, что у нас есть, если мы соглашаемся с Лианке и пытаемся защитить Империю так, как она предлагает.