Мой друг Роллинзон

Быть может, он хочет сохранить это в тайне, и я не желаю залезать в его душу».

Таким образом, я ни о чем не спросил его, и мы отправились вниз на завтрак, не сказав больше ни слова.

Глава V

День тайн

Это было очень неприятное утро. Помимо того, что я был оскорблен и сбит с толку поведением Роллинзона, были еще и другие обстоятельства, которые тревожили меня и усиливали мое беспокойное состояние духа.

Мне не пришлось сесть за завтраком рядом с Роллинзоном. Еще вчера мы непременно постарались бы как-нибудь потесниться, занять одно место вдвоем, но сегодня было совсем не то, что вчера.

Я занял первое попавшееся место, Роллинзон поспешил сесть на следующий свободный стул рядом с Вальдроном. Но все-таки в то время я еще не подозревал, что мы с ним теперь долго-долго больше не будем сидеть рядом.

Завтрак прошел довольно спокойно, только к его концу ко мне подошел Моррисон. Вокруг шел шумный говор.

– Послушайте, Браун, – начал он. – Как вы теперь думаете быть?

– С чем? – удивленно спросил я.

– Да вот с этой историей, конечно.

Вначале я никак не мог его понять.

– Мне кажется, что это обещает массу неприятностей, – продолжал он шепотом. – Ведь это не то, что с кем-нибудь из других учителей, сами знаете. Будьте уверены, что Хьюветт поднимет больше шума, чем если бы это был сам Крокфорд. Положим, что это был очень обидный щелчок для него. Вы дали ему настоящую пощечину, Браун.

Теперь я понял, к чему он клонит.

– Откуда вы взяли, что это сделал я?

– Откуда? Да вы же сами сказали.

Вы говорили об этом Филдингу.

Я припомнил свой разговор с Филдингом и согласился, что именно такое впечатление должно было сложиться у всякого, кто слышал нас. Вместе с тем я вспомнил еще одну вещь. Если я заявлю, что я решительно ничего не знаю об этом деле, то все сразу обратят внимание на настоящего виновника, то есть на Роллинзона. А ведь, несмотря на то, что произошло, и несмотря на его необъяснимое молчание, Роллинзон был моим другом.

– Вот что, – сказал я, – не говорите больше никому ни слова об этом, дружище, постарайтесь только припомнить, что именно сказал Филдинг и что отвечал ему я, и вы увидите, что все это было одно пустое зубоскальство.

Действительно, я не говорил ему, что я этого не делал, но вместе с тем я вовсе не сказал и того, что это сделал я.

Моррисон задумался.

– Ну, болтать-то я об этом не буду, – сказал он, подмигнув. – Боюсь только, что все мы сегодня же узнаем, чья это шутка.