Мудрый лев и коварный верблюд

Смешно наблюдать, как малыши крутились вокруг жертвы, мотали головами, падали и пытались изо всех сил оторвать кусочек мяса, что им, конечно, не удавалось. При этом они настолько вымазывались, что их мамам приходилось подолгу вылизывать малышей. Мамы недовольно ворчали, но после сытной еды и в предвкушении сладкого сна они продолжали поочерёдно умывать малышей, иногда так и засыпая с высунутым изо рта красным и влажным языком. Эти картины благоденствия и умиротворения раздражали Тафа.

И чем больше он наблюдал за дружной семьёй львов, тем больше росли в нём раздражение и неприязнь ко львам. Взрослые львы и львицы, окружённые многочисленными детьми, то бурно резвящимся, то отдыхающим в живописных позах в тени раскидистых деревьев, не имели никакого представления о тех чувствах, которые так часто овладевали верблюдом Тафа. Эти чувства – меланхолия, переходящая частенько в раздражительность, а затем и в злость, беспричинная тоска – происходили от его характера и от того образа жизни, который он выбрал сам. Одинокий и завистливый, Тафа любил только самого себя… Так и не найдя своих сородичей (конечно, если не считать его дальнего родственника Гефрита), Тафа, который не мог жить спокойно без того, чтобы не устраивать гадости кому-либо, решил, что пора заняться семейством львов. Конечно, ни одну голову в мире никто и никогда не назовёт умной, если она, вместо того чтобы думать о хорошем (о дружбе, о весёлых играх с товарищами, о помощи тем, кто попал в беду, или о помощи слабым и старым), думает только об одном: кому бы и как бы устроить гадость. Ведь даже родственник верблюда – осёл, хоть и очень упрямое животное, никогда и никому не делал ничего плохого. В его голове мысли перемещаются так медленно, что можно считать (и его поведение доказывает это), что их нет там совсем. Он может уснуть на ходу и, если его не остановить, сонный будет продолжать идти, пока не упрётся в дерево или, например, в… слона, который при этом крепко поддаст ему по одному месту и, возможно, всё-таки разбудит его. Но мы уже знаем, что Тафа – верблюд особенный. Именно поэтому его сородичи прогнали Тафа подальше от себя. Просто пристать ко львам или съесть всех окружающих животных, которые необходимы львам, он не мог.