Конкордия

Она кивнула в сторону Центра, безмолвно подбадривая, проходить дальше в этот день Виссе было не положено. Инно взял Янин за руку и решительно двинулся вперёд по узкому идеально ровному проходу.

– Волнуешься? – спросил он, когда оставшаяся на набережной Восточного города Висса уже не могла их слышать.

– Нет, совсем, – тряхнула головой Янин.

– А я волнуюсь… – вдруг поделился брат, хотя она и так чувствовала его колебания.

– Почему?

– Знаешь, мне иногда кажется, что эти невроны сильно влияют…

– Они помогают лучше воспринимать Знание, – перебила его Янин.

– Или лишают чувств, – Инно оглянулся на Виссу, и Янин сразу поняла его мысль.

На другом берегу их встречал мужчина в белой одежде с лицом-маской, жестом показавший в сторону вагонетки на монорельсе, в которой они отправились в самое важное в жизни путешествие.

Центр был совершенно другим, он вообще разительно отличался от всех городов безлюдностью белоснежных улиц и строгостью своей архитектуры. Янин почудилось, что вся жизнь здесь остановилась, а любое вмешательство – будь то слишком резкое движение или громкий возглас – могут быть расценены как преступление, разрушающее неизменный порядок вещей.

Она чувствовала, что и Инно не по себе, хотя брат с интересом озирался, разглядывая дома из белого камня и бликующего стекла.

Сопровождавший молча сидел напротив, смотря куда-то мимо них. «Погрузился в Знание», – решила про себя Янин и встретилась с Инно взглядом, тот сделал аналогичный вывод.

Наконец их путь завершился в глубине острова – вагонетка мягко остановилась у входа в самое высокое здание в округе, увенчанное острым, блестевшим в солнечных лучах конусом и шпилем, устремлявшимся прямо в ярко-голубое небо.

Облаков и дымки здесь не было. Словно увиденный с берега туман был всего лишь иллюзией.

Их ждали – высокие двери распахнулись, впуская в огромный зал с пьедесталом в центре. Его окружали люди в белых одеждах, точно таких же, как у сопровождающего, только капюшоны были глубоко надвинуты.

– Янин Меркор. – Шаг вперёд сделала женщина, единственная, чьё лицо не было скрыто капюшоном, и, взяв её за руку, проводила к ступеням, ведущим на постамент.

Янин почти ничего не почувствовала – только на сотую долю секунды глаза ослепил золотой луч, тут же исчезнувший, даже не поняла, где находится сканер.

– Индекс восприимчивости двадцать семь, – торжественно объявила женщина и, дождавшись, когда Янин покинет место сканирования, объявила: – Инно Меркор.