Освальд Бэстейбл и другие

Дайте парню шанс – я так считаю. Но не грызи себя из-за тех солдатиков. Может, их в конце концов поймали бы и без тебя. Я тоже их видел – самые большие разгильдяи, которые когда-либо натягивали солдатские сапоги. Просто в следующий раз остановись и подумай, а после уж открывай рот, понятно?

Мы сказали, что понятно и в следующий раз мы так и сделаем, и отправились домой. По дороге Дора заметила:

– Ну а если на свободу вырвался жестокий убийца? Тогда о нем надо сообщить.

– Да, – согласился Дикки. – Только прежде чем сообщить, надо быть абсолютно уверенным, что он жестокий убийца, а не парень, который с голодухи стащил кекс.

Откуда ты знаешь, что сделала бы сама, если б как следует проголодалась?

– Воровать бы я не стала, – сказала Дора.

– Не уверен, – ответил Дикки.

Они спорили об этом до самого дома.

Не успели мы войти, как начался проливной дождь.

Когда разговор заходит о еде, начинает казаться, будто ты очень давно не ел. Миссис Биль, конечно, ушла домой, но мы сами отправились в кладовую.

Это гостеприимная кладовая, на ее двери нет замков, только большая деревянная щеколда, которую можно поднять, потянув за веревочку, как в сказке про Красную Шапочку. Кладовая выложена чистым влажным красным кирпичом, и, если положить на пол пакет с имбирным печеньем, оно размягчится. Мы нашли половину пирога с ревенем и мясные котлеты с картошкой. Миссис Биль – предусмотрительная особа. Я знаю много людей гораздо богаче ее, которые вовсе не так предусмотрительны.

Мы удобно устроились за кухонным столом и отлично угостились, хотя ели стоя, как лошади.

Потом нам пришлось позволить Ноэлю прочитать стихотворение о солдатах. Ноэль бы глаз не сомкнул, если бы его не прочитал. Стих был очень длинным, начало я уже процитировал, а заканчивался он так:

– Бедные солдаты, вот вам урок:

Убегать – неправильно, какой в том прок,

Служить королю вам теперь пора,

А еще – стране, ура-ура!

Ноэль признал, что «ура-ура» звучит слишком бодро для стихотворения о солдатах с такими лицами, какие были у беглецов.

– Но тут не столько про солдат, сколько про короля и страну. Подождите секундочку, я кое-что вставлю.

И вот что он вставил:

– Постскриптум: бедные солдаты,

Не обижайтесь на меня, ребята,

Я не вам, а королю до утра

Готов распевать: «Ура-ура!»

– «Ура-ура» петь нельзя, – сказал Дикки.

Поэтому Ноэль пошел спать, распевая «ура», и Элис сказала – пусть лучше поет, чем спорит, что это спеть нельзя.