Острова и капитаны: Наследники

После такого знакомства в кабинете директора! Вот и смотрит братишка независимо и вроде бы безучастно. А в душе небось клубок сомнений, вопросов, тревог и… может быть, и радости? Ведь свой же, в конце концов! Примчался же, черт возьми, из другого города!

…В первый миг, увидев Егора, Михаил качнулся к нему, взял за плечи.

– Ты… Егор… – Он чуть не сказал «Егорушка». – Надо же… Значит, она все сказала?

– Кто? – Егор медленно посмотрел из-под низко надвинутой вязаной шапки с этой вездесущей идиотской надписью «ADIDAS».

– Ну… мама твоя. Алина Михаевна…

– А… – Он улыбнулся тогда первый и последний раз. – Нет, она ничего не говорила. Это дело техники…

И он вытащил из-под куртки серебристый плэйер.

– Д-да… – озадаченно сказал Михаил. Ох как нехорошо это все его царапнуло. Он не удержался: – Ты, я вижу, тертый мужик… – И спохватился: «Ох, дубина, зачем так?»

– Жизнь такая, – разъяснил Егор. – К тому же век электроники…

– Что и говорить, – улыбнулся Михаил (и со страхом поймал себя, что улыбка получилась чуть ли не заискивающая).

– Хочешь послушать? – спросил «современный юноша», никак не отозвавшись на улыбку. И вынул дужку с мини-наушниками.

– Подожди, – Михаил оглянулся на изнемогшую от любопытства Агашу, на чуткого дежурного у входа. – Пойдем отсюда…

За низким зарешеченным окном был виден сквер с ярко-желтыми березами. День был не холодный и к тому же сделался разноцветный – пробилось солнце.

В сквере они сели на усыпанную листьями скамейку.

– Хочешь послушать? – опять сказал Егор, и Михаил с удовольствием отметил, что брат говорит ему «ты».

– Послушать?.. Да я и так помню разговор… Ловко ты сработал с этой машинкой. Оперативник, да и только…

Егор пренебрежительно спросил:

– Видимо, с милицейской точки зрения это комплимент?

– Ну что ты ерничаешь, Егор… – осторожно проговорил Михаил (а сердце перестукивало, щеки теплели от тревожной радости). – Ну давай, я послушаю.

– Я не оперативник. Просто машинка была под рукой, вот и нажал кнопку… На.

Михаил снял фуражку, надел крошечные холодные наушники. В них что-то шелохнулось, и сразу возникло ощущение пространства – с шорохом шагов, шелестом портьеры. Да, техника. Действительно стерео. Если закрыть глаза – полное впечатление, что находишься в комнате и два человека говорят в разных углах.

Свой голос Михаилу показался чужим, так всегда бывает, если слышишь себя в записи. Но Алину он представил как живую.