Питер Пэн

– Питер, – воскликнула Венди, хватая его за руку, – неужели в этой комнате фея?

Сердце девочки едва не выпрыгнуло из груди.

– По крайней мере, была только что. Слышишь?

Они оба замерли и прислушались.

– Единственное, что я слышу, – сообщила Венди, – это что-то похожее на звон колокольчиков.

– Так это и есть Динь. Она говорит на языке фей. Кажется, я тоже слышу.

Звук доносился из комода, и Питер скорчился от смеха. Кажется, никто на свете так не веселился и не смеялся, словно первый раз в жизни.

– Венди, – в восторге прошептал Питер, – я запер её в ящике!

Он освободил бедную Динь из заточения, и она принялась кружить по детской, громко возмущаясь.

– Не надо говорить такие вещи, – возражал ей Питер. – Я, конечно, виноват, но откуда мне было знать, что ты в ящике?

Венди, не слушая его, воскликнула:

– О, Питер, пусть она чуть-чуть постоит спокойно – я хочу её рассмотреть!

– Они никогда не стоят спокойно, – ответил Питер.

В какой-то момент Венди удалось увидеть маленькую фигурку, усевшуюся на часы с кукушкой, и девочка воскликнула, хотя лицо Динь было перекошено от гнева:

– Какая прелесть!

– Динь, – примирительно сказал Питер, – эта леди хотела бы, чтобы ты стала её феей.

В ответ посыпались ругательства.

– Что она сказала, Питер?

Ему пришлось перевести:

– Она не очень вежлива… говорит, что ты большая уродливая девчонка, а фея она моя.

Он попытался было возразить:

– Ты знаешь, Динь, что не можешь быть моей феей, потому что я джентльмен, а ты леди.

В ответ Питер услышал нелицеприятное «дурак», и Динь, фыркнув, удалилась в ванную.

– Не обращай внимания: она не слишком воспитанная, – пояснил Питер. – Её зовут Медный Колокольчик, потому что она покровительствует лудильщикам.

Они расположились в кресле, и девочка засыпала его вопросами:

– Если теперь ты не живёшь в Кенсингтонском саду…

– Временами живу.

– А где в основном?

– С потерянными детьми.

– Кто это?

– Дети, которые выпали из колясок по недосмотру нянь или родителей.

– Как это, должно быть, весело!

– Да, – согласился хитрец, – но немного одиноко: ведь у нас нет женского общества.

– А как же девочки?

– Нет, девочки, знаешь ли, слишком разумны, чтобы выпадать из колясок.

Венди была польщена:

– Мне нравится, как ты говоришь о девочках. Джон, например, нас просто презирает.