Повесть о рыжей девочке

«К чему столько комнат, – думает Ева, – если в доме остались жить только двое: я и папа? Никто не сидит в креслах, никто не подходит к роялю. Бывало, мама играла на рояле и после обеда и вечером».

Треск… Половица треснула в гостиной. Будто кто-то ступил. Ева вздрогнула и насторожилась. Вот кто-то стал за дверью и смотрит в щель на Еву.

«Что это, – думает Ева, – что это? Никого не должно быть: Может, это крысы вылезли из нор и бегают по гостиной. А может, это вор влез через террасу? Или привидение?» Ева знает, что привидений не бывает, но все же – мало ли что может привидеться человеку? И такое страшное привидится, что всю жизнь будешь сам не свой.

Ева ни за что не хочет увидеть привидение. Ева чуть не плачет. Хоть бы Нина Куликова пришла. Нет, не придет. Наверное, с Вольфом ушла гулять.

С ума сойдешь, сидя в пустых комнатах. Прямо хоть на улицу беги. На улице лучше – ласково мигают фонари, снег скрипит под полозьями. И нет-нет, кто-нибудь да пробежит по обледенелым мосткам мимо ворот.

Внизу хлопнула дверь. По лестнице застучали бойкие шаги.

– Кто там? – крикнула Ева.

– Я, – послышался веселый голос.

Ева ожила. Нина врывается к ней. От Нины пахнет морозной свежестью улицы. На ней неуклюжая черная шуба, потертая шапочка всегда съезжает на затылок. Светлые, прямые, как дождь, волосы падают на уши.

Нинина мать – вотячка, оттого у Нины широкие скулы и толстые губы.

– Что же ты так долго?

– С Вольфом ходили гулять. Ах, Ева, что я знаю!

– Интересное? – спрашивает Ева.

– Очень интересное. Вольф меня спрашивает: «Ваша подруга – рыжая, в синем кафтанчике?» – «Да», – говорю. «Так вот, – говорит Вольф, – ваша подруга в Пушкинском саду побила Горчанинова Кольку. Он в пятом классе учится, вместе со мной. Мы ему говорим: «Что же ты ей сдачи не дал?» А он говорит: «Девочек не бьют». Подумай, Ева, какой благородный. И ты знаешь ли, кто такой Коля Горчанинов? Сын начальницы. Ей-богу. С ума сойти!

– Как, – вскричала Ева, – сын нашей начальницы? У нее сын?

– Ну да.

Ева расхохоталась.

– Нина, – крикнула Ева, – снимай шубу, снимай шапку! Оставайся у меня ночевать. Бабушки нет, – теперь я совсем одна осталась. И ты должна ко мне приходить каждый день.

На другой день за обедом Ева встретилась с папой. Ева на месте хозяйки разливает суп.