Нулевая планета: Нулевая планета. Пепел на обелиске

Не ожидавший такой отповеди ксеноброн разом успокоился и, отступив от носилок, над которыми замер в угрожающей позе, тихо сказал:

– Прости, старый друг. Я не должен был срываться на тебя. Говори, что я должен делать.

– Прикажи усилить плотность огня и начинай манёвр уклонения, – быстро подсказал техножрец.

– Нам не хватит энергии на два таких действия одновременно, – покачал головой Альказ, внимательно посмотрев на индикатор накопителей.

– Я уже приказал подключить к извлекателям энергии всех имеющихся на борту корабля рабов, – ответил верховный.

 – Начинай командовать и внимательно следи за тем, что делают люди.

– Люди? Ты называешь их так? – с интересом спросил Альказ, отдав нужные указания.

– Мы называем их мягкотелыми только потому, что их кожа не имеет роговых наростов. Но если говорить про их дух, то многие из них ни в чём не уступают нашим воинам. Впрочем, ты это знаешь лучше других. Дорого бы я дал, чтобы заполучить такую же кожу, как у людей, – еле слышно закончил техножрец.

– Думаешь, это помогло бы нам? И если да, то в чём? – не понял Альказ.

– Не здесь и не сейчас, – покачал головой техножрец. – Веди бой, а после мы с тобой поговорим.

– Генерал, мягкотелые дали два залпа, и один из кораблей чужаков выбыл из боя! – раздался вопль наблюдателя.

– Они всё-таки начали, – выдохнул Альказ, так до конца и не поверивший в то, что люди решатся влезть в чужую драку, да ещё и на его стороне.

Словно в ответ на его слова, на экранах мониторов развернулась хаотичная, но величественная и пугающая своей масштабностью схватка.

Огромный крейсер мягкотелых преодолел инерцию покоя и, окутавшись маревом силового щита, выходил на дистанцию эффективного залпового огня. Плазменные торпеды, которыми люди сумели зацепить один из кораблей противника, заставили чужих оставить в покое линкор ксеносов и сосредоточиться на новом противнике. Четыре из пяти боевых единиц выставили щиты. Пятый корабль, получив, очевидно, серьёзную пробоину, вынужден был отступить за линию боя.

Разогнавшийся крейсер на долю мгновения отключил щит, и в ту же секунду борт корабля словно взорвался. Залп, произведённый из всех орудий направленного к противнику борта, заставил щиты двух кораблей усиленно замерцать от навалившейся перегрузки. Ответный залп не заставил себя ждать, но крейсер мягкотелых уже успел выставить свою защиту, при этом продолжая маневрировать.

– Клянусь первородным яйцом, вот это мощь! – не сдержал восхищения Альказ.