Принц Белой Башни

 – Ох уж эти провинциалы!

Офицер покрутил усы и посмотрел с неприязнью им вслед. Видимо, он не очень любил Гаргулио.

– Мы чуть не погибли! – сказал Гаргулио, когда они прошли в следующий после парадного зал. – Это был сам Альвансор Безупречный. Командир личной гвардии его величества. Он отвечает за его безопасность в замке. Никому не доверяет. Даже своему собственному отцу.

– И правильно делает! – одобрила Альвансора Безупречного Катя. – У вас действительно нельзя никому доверять! Я вот тебе нисколько не верю.

Поменьше болтай и побольше шевели ногами.

Теперь мы немного обгоним друзей и поднимемся в самый верх Белой башни. Туда, где находится маленький Повелитель.

– Проклятье! – выругался Женя, когда увидел, как его сестра со своим другом и оруженосцем вошли в замок.

Дело в том, что волшебное окно показывало только то, что происходило за пределами замка Белой башни и самой Белой башни. А то, что было внутри, уже нельзя было увидеть. У волшебства тоже часто бывают различные недостатки и недоделки.

Теперь мальчик больше не мог следить за действиями сестры. Он потерял свое главное преимущество в этой борьбе – владение информацией. Женя подошел к трону и взял со столика, который стоял рядом, колокольчик. На его звонок пришел гвардеец.

– Ко мне идут гости, – сказал ему мальчик. – Не задерживайте их и не мешайте. Но и не оказывайте им никакой помощи. Обо всех их действиях докладывайте мне каждые десять минут.

Гвардеец щелкнул каблуками и звякнул шпорами. Затем развернулся на сто восемьдесят градусов и вышел из тронного зала.

Глава третья

ВЕЛИКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ НАВЕРХ

Ребята и их пленник прошли еще два пустых зала, в которых никого, кроме сонных стражников, не было. Последний из них оказался ужасно мрачным. Он был больше похож на старинный заброшенный храм, только окна были вырублены в нем так глубоко в стенах и были такими узкими, что свет с улицы сюда совершенно не проникал. Темноту не рассеивали даже горящие на стенах факелы. Катя остановилась и спросила Гаргулио, что это за зал.

Гаргулио сделал торжественную и скорбную мину и тихо, словно боясь, что его могут услышать, проговорил:

– Это усыпальница великого Повелителя. Не нашего, а того, который умер. В этом саркофаге он лежит с того дня, как был погребен с почестями и славой.

В центре зала действительно стоял огромный каменный куб, сделанный из двух половинок, положенных одна на другую. По углам саркофага тускло мерцали толстые и высокие свечи.