Синева

Не друг ему Булкин, не друг!

– Ну хорошо! Хорошо,– успокаивал Сурка Будильник.

– Да ничего хорошего! – опять рассердился Иван Карлыч.– Что же может быть хорошего без друзей? Это же кошмар!

– Да не волнуйтесь так! Успокойтесь! Поспите!

Какой уж тут сон…– вздохнул Сурок.– Мечтал поспать, но… Ну что это за жизнь… Одни волнения! Ох! Нужно подниматься, за дела приниматься. Суета, она отвлекает!

Глава третья.

Нам пишут

Иван Карлыч прошлёпал на кухню, загромыхал там кастрюлями, хлопнул дверцей холодильника.

– Вот! – сказал он, возвращаясь в комнату с листком бумаги.– Очередное послание от родителей! Воспитание, изволите ли видеть, в письменной форме. Скоро родители своих детей воспитывать начнут по телевизору. Так что же они пишут?

Он водрузил на нос пенсне, заправил чёрный шнурок за ухо. Подошёл к свету.

– Что за почерк! Боже мой, что за почерк! Ничего не разберу…

– Давайте я! – Будильник склонил свою круглую голову над письмом.– «Одуванчик!» – прочитал он.

– Дурацкое прозвище! – фыркнул Сурок.

– А мне нравится,– сказал Будильник.– Очень даже нежное прозвище.

– Ничего нежного! Сорняк. Трава. И вообще, зачем же существуют тогда имена, отчества, фамилии? Зачем они своего сына назвали Тимофеем?

Будильник решил не спорить с Иваном Карлычем и стал читать дальше:

– «Сынок, каша на плите».

– Опять каша,– вздохнул Сурок. Тимоша вздохнул тоже.

– «Молоко в холодильнике».

– У ребёнка ангина, а они молоко засовывают в холодильник.

– Ничего,– сказал Будильник,– можно разогреть.

– Ребёнку восемь лет – он должен возиться с газом!

– У него это неплохо получается. А вы, Иван Карлыч, если боитесь газа, так и не трогайте плиту, а то ещё взорвётесь!

– Ну, знаете!.. Я… Я…– От возмущения Сурок стал заикаться.– Я ничего не боюсь! А считаю страх ниже своего достоинства! Вот так! Молодой человек…

– Да ладно, ладно…– примирительно сказал Будильник.– Какой же я молодой, меня ведь ещё в первую пятилетку сделали! Давайте дальше читать. «Милый Тимоша! Не скучай!»

– От этих слов он сразу развеселится,– не утерпел и съехидничал Сурок.

– «Мы понимаем, как тебе одиноко живётся!» – продолжал Будильник.– Ну вот, а вы говорите – они не понимают.

– Ну, допустим. Допустим. Хотя и сомнительно.

– «И поэтому решили сделать тебе подарок».

– У нас этих подарков,– присвистнул Иван Карлыч,– вагон с тележкой. Одних пистолетов на целый полк.

Но Будильник решил больше не отвлекаться и дочитать записку до конца.