Синяя птица

Сахар принялся с хрустом кутаться в свою обёрточную бумагу. Кошка мяукнула, но уже ничего нельзя было разобрать, кроме её «мяу»! Она снова стала устраиваться на тёплой печке. Только пёс продолжал крутиться около Тильтиля и Митиль, виляя хвостом и преданно заглядывая им в глаза, словно хотел сказать: «Я с вами, что бы ни случилось!» Мягко повела белым рукавом Душа Света и стала совсем прозрачной.

– Не надо! Не надо! – закричала Митиль. – Я не хочу с ними со всеми расставаться!

Тильтиль по мановению феи снова повернул алмаз, и вновь ожили Хлеб, Огонь, Вода.

Встрепенулась Кошка и спрыгнула с печки. Душа Света наполнилась таким сиянием, что все ночные тени растаяли.

– Теперь вы поняли, что находитесь во власти детей? – сурово спросила фея. – Служите им верой и правдой в пути. А вы, дети, отправляйтесь. Я жду вас. Душа Света будет освещать вам дорогу.

Глава вторая

Заговор

Неслышно распахнулись створки окна, и один за другим все выскользнули на ночную морозную улицу. И тут обнаружили, что им не холодно: фея одела их на свой вкус.

В её сказочном сундуке хранились всякие наряды.

Тильтиль оказался в костюме Мальчика-с-пальчика. Тёплая зелёная курточка и тёмно-красные панталоны ладно сидели на нём, крепкие жёлтые башмаки весело постукивали по заледенелой дорожке.

Митиль была наряжена Красной Шапочкой, а на ногах у неё поблёскивали туфельки Золушки.

Толстый Хлеб кутался в просторный расшитый халат турецкого паши. Но и этот халат не мог скрыть его надутый, словно шар, живот.

На голове у Хлеба красовался высокий тюрбан. В этом наряде он был бы похож на Синюю Бороду, если бы не его толстые румяные щёки.

Огонь остался в своём плаще, который он даже не запахнул. Ещё бы! Никакой мороз ему не страшен. Зато Вода просто дрожала от холода. Она так боялась замёрзнуть. Тёплый туман окутывал её с ног до головы, увитой густыми водорослями. Следом за ней шёл Сахар в шелках, хрустящих и шелестящих, как обёрточная бумага.

– Нет, вы только посмотрите на эту наглую кошку! – ворчал пёс Тило.

 – Расфуфырилась, будто знатная дама.

А кошка Тилетта в костюме, усыпанном блёстками, словно звёздами, в ладных сапожках и шляпке с перьями вилась вокруг Тильтиля и Митиль, ластясь и намяукивая на ухо девочке ласковые слова.

Душа Света, разгоняя тьму, стремительно уходила вперёд, увлекая за собой детей. Кошка незаметно потянула Хлеб за полу халата.

– Не торопись, – шепнула она, – и передай остальным, чтобы поотстали.