Скрипки, они такие

Потом снова засыпал, и в самом последнем сне увидел Среднего: как он стоит, а вокруг двигаются огромные тени. Они летят на меня и вот-вот дотронутся, окутают паутиной, в которой нечем дышать.

Но тут я совсем проснулся, жадно глотая воздух.

Наступило утро: в комнату попадали солнечные лучи, и все кошмары растворились в ярком свете. Средний остался во вчерашнем дне. Пора вставать – продолжить разведывательную операцию.

За завтраком мама старалась окружить меня нежностью и заботой. Сестрица тоже была мила. А когда папа попытался ещё раз вернуться ко вчерашнему происшествию, то мама мягко его остановила:

– Давайте забудем плохое.

Гоша всё понял, и перед школой его нельзя расстраивать.

С этим папа согласился.

– Да, конечно: в школе голова должна быть светлая. Вчера я уже всё сказал. А ты, сын, запомни, что один – никуда!

– Сегодня я приведу его домой, – буркнул брат.

Когда я шёл в школу, то постоянно оглядывался: мне мерещились тени Среднего – такие тёмные, жуткие, они прятались за стволами и снова появлялись.

Было пасмурно, небо покрыто облаками, и теням так легко слиться с листвой…

«Нет, Средний находится там, в банке, и его тени тоже там», – повторял я про себя. И если они действительно меня преследуют, то я их не боюсь.

Колдовской кисель

На следующий день на школьной лестнице я натолкнулся на девчонку.

Ну а чего она так медленно плетётся? Я уже хотел ей крикнуть. Да ещё в этот момент Лёнька догнал меня и тоже врезался. Получился такой паровозик, в котором вагоны наехали друг на друга.

Девочка оглянулась. Так это же Светка!

– Мальчики, вы что? – Она отвернулась и быстро пошла наверх.

Лёнька снизу меня толкает, а я задохнулся – двигаться не могу. Вот я дурак! Остался стоять, так как соображать перестал. Лёнька обогнал меня, махнул рукой и побежал наверх. Я тоже двинулся вперёд, но не из-за Лёньки – взглядом искал хвостик из белых волос.

А, вон он, мелькнул там, выше, и скрылся из глаз. Жалко, мы не в одном классе учимся! Я рванул на наш этаж и тут увидел, что Лёньку припёр в угол коридора кто-то со светлой макушкой.

Так это же Рустик Тамаев! Что-то шепчет ещё, а друг вырывается. Так напрягся, что покраснел до корней рыжих волос, руками размахивает, но всё без толку. Рустик – дылда, выше нас на голову. И считает, что раз выше, то и сильнее.

Мы с Рустиком знакомы с песочницы, живём в одном подъезде – он выше меня этажом, ходили в одну группу в детском саду. Даже пошли с ним в один класс.