Сокровище с неба

Это всего лишь предположение, которое надо проверить.

– А что тогда означает цифра шестьсот тридцать семь? – спросил Никита. – Тоже номер квартиры?

– Да с последней цифрой пока неясно, – вздохнул Юра. – Придется выяснять на месте. И времени терять нельзя. Не забывайте, что мы получили сигнал бедствия. Кто-то зовет нас на помощь, и мы должны откликнуться на этот призыв. Так что прямо сейчас едем на улицу Пугачева! Васильев, далеко до нее?

– Минут сорок на маршрутке. Это в старой части города.

– Старый дом! – воскликнула Наташа.

 – Это же замечательно!

– Что в этом замечательного? – удивился Никита.

– Со старыми домами всегда связаны удивительные события и тайны, – стала объяснять Наташа. – И мы прикоснемся к одной из этих тайн.

– Не нравится мне все это, – проворчал Никита. – Даже не знаю, стоит ли мне бросать все свои важные дела и мотаться с вами по городу в поисках неизвестно чего? Да и экзамен по геометрии скоро. А я еще не все билеты выучил.

– Ты струсил? – широко открыв от удивления глаза, спросила его Катя.

 – Ведь кто-то зовет нас на помощь!

Никита смутился:

– Да нет, что ты? Разве я похож на труса? Я просто переживаю за экзамен.

– Мы возьмем учебник и тетради с собой, и будем повторять по дороге, – предложил Лешка. – Лично я не собираюсь из-за этой дурацкой геометрии сидеть сложа руки и ждать, когда тайну ключа раскроет кто-то другой. И помощь неизвестному владельцу почтового голубя окажет кто-то другой. Или вообще не окажут.

– Я тоже не собираюсь! – сказала Катя.

– Тебе не надо сдавать экзамен, – упрекнул ее Никита.

– А зачем тебе великому музыканту нужна геометрия? – удивилась Лешкина сестренка.

Никита был очень польщен, что его назвали великим музыкантом. Все музыканты и художники любят, когда их называют великими.

– Я выбрал геометрию из солидарности, – начал объяснять он. – Чтобы поддержать твоего брата.

Никита не стал говорить о том, что за год у него по геометрии выходила четверка, и исправить ее на пятерку можно было, только сдав экзамен на «отлично».

Версия про солидарность выглядела благороднее. Яснопольский сам поверил в то, что им двигала исключительно благородная цель, поддержать товарища.

– Как это благородно с твоей стороны! – воскликнула Таня. – Ты настоящий друг.

– Ага, и как настоящий друг, ты из солидарности отправишься вместе с нами на улицу Емельяна Пугачева, чтобы найти неизвестного и оказать ему помощь, – сказал Юра.

На это Никита Яснопольский не нашел что ответить.