Единственный

Она смотрела и с ужасом осознавала, что всё… всё, чем она гордилась, буквально исчезает под этими проклятыми лучами… исчезает, предательски обнажая и эту мелкую сеточку вокруг глаз, и неровную кожу совсем не юношеского цвета… и отсутствие блеска в явно потускневшем голубом взгляде… и ярко выделяющиеся складки на шее – верный признак далеко не среднего возраста…

– Ну, здравствуй, моя дорогая! – вихрем ворвавшись в кабинет, темноволосая, с ярко накрашенными узкими губами на продолговатом лице женщина лет сорока пяти, в белом, приталенном халате, с ходу заключила Ирину Германовну в объятия.

 – Здравствуй, Ирочка!..

– Ой, Машенька! – та с готовностью обняла в ответ гостью. – С приездом!..

– Я всё знаю! – как будто упреждая вопрос, гостья отстранилась и посмотрела Ирине в глаза. – И, хочу, чтобы и ты знала: я на твоей стороне!

– Спасибо, Маша… – Ирина Германовна тяжело вздохнула. – Если честно, мне так тебя не хватало… Даже поделиться было не с кем…

– Могу представить, – усаживаясь в мягкое кресло, Мария с пониманием кивнула головой, – если честно, когда мне Варвара Петровна позвонила и рассказала, первым желанием было бросить этот чёртов отпуск, и лететь сюда, к тебе на помощь!

– Ну, что ты… – Ирина махнула рукой.

 – Это было совершенно ни к чему. А Варвара… Вот ведь какие сплетницы! Представляешь?! Делали вид, будто ничего не знают!.. А сами, за спиной…

– Ирочка, ну, ты же знаешь наш серпентарий! – Мария деланно-участливо нахмурила брови. – Я так за тебя там переживала, ты представить не можешь!.

. Только и думала о тебе. Мне даже Бражников сказал – ты, говорит, телом здесь, а душой где-то в другом месте!

– Спасибо тебе, Машенька… – Ирина скорбно качнула головой. – Ты – единственная, с кем я могу быть откровенной.

– Ну, а он-то что, Сергей… Что он говорит?… – Мария смотрела с нескрываемым интересом.

– Ничего… – усмехнулась Ирина Германовна. – Я с ним больше не виделась. Даже не знаю, как он свой юбилей справил. Корецкие вот меня пригласили… И его тоже. Как думаешь, идти или нет?…

– Однозначно: идти! Он должен увидеть, что у тебя всё хорошо!

– Да, но… Я не представляю, как увижу его с этой… – Ирина закрыла руками лицо.

 – Не представляю…

– Тебе нужно быть с кем-то вдвоём. Подумай, кто там ещё будет?

– Я думала… – теперь хозяйка кабинета подперла подбородок рукой. – Но никого подходящего…

– Слушай… А Элина?… Возьми с собой дочь, думаю, Корецкий будет только рад, они все к ней неровно дышат.

– Она не пойдёт!..