Единственный

 – нервно махнув рукой, Ирина Германовна нахмурилась. – Это такой тяжёлый случай!

– Неужели Элина не захочет поддержать тебя, что ты, Ирочка?! – Мария вытаращилась на подругу. – Хочешь, я сама с ней поговорю?

– Это бесполезно. Там всем командует Игорь, а она у него, как служанка…

– Ну, характер у него, мягко говоря, не очень… Наслышана… но тут-то дело особое!

– Что ты, Маша… Спасибо, что позволил мне у них пожить всё это время… – Ирина Германовна многозначительно усмехнулась уголком губ.

– Это хорошо. Тебе сейчас одной оставаться нельзя!

– Уже осталась. Вчера ушла от них… Не могу больше смотреть, как живёт моя дочь. Знаешь, Маша, я сейчас как будто по-другому посмотрела на всю эту ситуацию… Наверное, я плохая мать.

– Что ты, что ты!.. – Мария возмущённо замахала руками. – Что ты такое говоришь?! Это ты-то плохая мать?! Да и ей – сколько уже лет?!

– Не нужно было позволять ей выходить замуж за этого морального урода.

– Может, и не нужно. Да разве мы им указ?

– В том и дело. Мы им не указ, а теперь душа разрывается… Он же натуральный психопат, как был, так и остался! Но она как привороженная… Как только мы с Серёжей не уговаривали: и кнутом, и пряником… Так и не оторвали от него!

– Это называется – любовь, – с осуждением в голосе произнесла Мария.

– Да разве это любовь?! Маша, какая может быть любовь, если ночью, зимой, в одних тапках убегать из дому?! Если слёзы лить годами, какая это любовь?!

– Ты говорила, он больше не пьёт?

– Пока не пьёт… – недовольно поджав губы, Ирина Германовна уставилась в окно.

– Почему, Ирочка?… – Мария с удивлением смотрела на подругу. – Если не пьёт, это уже другое дело.

– Да какое там дело… Кроме рожи смазливой ничего и нет. Я уже грешным делом думала, вот пил бы, она бы точно его уже бросила! А так – сидит с ним как на цепи, ни к нам толком не ходит, не ездят никуда… Всё с ним да с ним.

– Та это хорошо, муж и жена – одна сатана.

– Понимаешь, он – дурак! – говоря о дочери и зяте, Ирина Германовна, казалось, совершенно забыла о собственных горестях. – Дома всякой ерундой занимается, только не делами! То на гитаре бренчит, то музыку на всю громкость включит.