Когда умирает ведьма

Просто представьте себе очень уродливую русалку – вроде и руки, и голова на месте, вполне антропоморфные, и спина с позвонками торчащими, и… хвост, плавники, перепонки, чешуя… Да и на морду тварь не вышла, больше всего башка напоминала сомову – с большим круглым ртом и характерными «усами», только глаза располагались как у человека. В общем, одно слово – тварь, мерзость.

Было ли страшно хоть кому-то? Да не особенно, если честно. Скорее… противно и непонятно, уж больно противно выглядела эта «рыбка». А страх… Сложно бояться того, кто попадается на рыболовный крючок что твой карп, и дохнет на свежем воздухе.

Страх пришел позже. Когда фотки рыболюда облетели все альтернативно одаренные газеты, готовые за них платить, когда в городок набилось противоестественное количество уфологов и криптозоологов и прочих шаманов, когда обнаружилось, что тварь в воде вовсе не одна была, и… Ну, девочки там тоже были, тоже страшные, но в отличие от того, первого, с грудями, как и положено. Правда эта информация всколыхнула только извращенцев всех мастей – те даже обещали за живую рыболюду целое состояние, но это как-то совсем край уже, никто так и не согласился.

Так вот. Страх. Ученые и не очень охотно ловили тварей и всяческих их изучали, буквально пихая в лица всем, кто не успел отвернуться, фото и видео своих экспериментов. И на одном таком фото…

Тварь была мелкая, хрупкая какая-то, явно женского пола. Она не отличалась от остальных ничем, кроме одного. У этой твари на правом боку, не прикрытом чешуей, расплывалось черное пятно, похожее на солнце с лучами, размером с ладонь взрослого человека.

В дни потопа погибло много людей – детей, стариков, взрослых. Река забирала плату за вмешательство в себя, не жалея никого. Среди жертв была одна девчонка, моя соседка, почти подружка – смешная, худющая как палка, Алинка. Алинка, которая стеснялась носить модные у девчонок топики и открытые купальники из-за большого родимого пятна, похожего на солнце с лучами, на правом своем боку.

Осознание пришло не сразу и не ко всем. Местные, те, кто потерял близких во время потопа, перекапывали фотографии, пересматривали видео, чуть ли не детально ощупывали новые «экспонаты» в полевых лабораториях, в надежде найти своих. И – к всеобщему ужасу – находили. Не всех, далеко не всех, в основном ориентируясь по ярким приметам вроде татуировок или шрамов, но даже этого хватило для всеобщего помешательства.