Вода

Последней страстью стала Great Patriotic War – 3, одна из самых рейтинговых игр во всем мире, которая брала начало от популярной когда-то белорусской бойни World of Tanks.

Антон около года болтался по игре в одиночку, пробуя разное оружие, с переменным успехом участвуя в небольших сражениях и даже в диверсионной работе. Он мечтал о своей команде и выходе на международные соревнования.

В школе удалось найти серьезно настроенных людей – двух одиннадцатиклассников, виртуозов игры, которые не сразу, но все-таки взяли Антона к себе, несмотря на возраст.

Они втроем и старшая сестра одного из парней – ее Антон никогда вживую не видел – начали выдавать неплохие результаты, а в итоге зарегистрировали команду, став танкистами Пятой танковой армии.

Последний год Антон фактически жил в игре, поэтому, когда забарахлил шлем, первым делом обратился к отцу – требовалось купить новый. И сейчас сын в очередной раз напомнил ему об этом.

Стрельников-старший угрюмо молчал. Сначала он надеялся потянуть с покупкой до Нового года, когда дадут хоть какую-нибудь премию, но тут ему сообщили, что их филиал банка полностью сокращают.

Известие прозвучало громом среди ясного неба. По сути, это означало увольнение. На зарплате оставалась Лиза, которая начала работать совсем недавно. После родов жена посвятила себя больному ребенку и до последнего возила его по каким-то бесполезным и дорогим санаториям, реабилитационным центрам и врачам-консультантам. Она успокоилась, только когда совершенно четко осознала, что изменений не будет. Тогда Лиза сказала сама себе, что «деревянность» не болезнь, и устроилась медсестрой в поликлинику.

Жить на одну зарплату семье было можно, но рамки бюджета, пока отец ищет работу, сужались до предела. Сложно было решиться объяснить Антону, что шлем не является сейчас необходимым, но Слава понял, что затягивать с разговором нельзя.

– Слушай, дорогой, у меня проблемы…

Антон вопросительно уставился на него.

– На работе проблемы… Насчет шлема, я имею в виду, – чувствуя неловкость, произнес отец.

У Антона округлились глаза:

– В каком смысле? Шлем нужен, папа! Ты что? – Он повернулся к матери, ища у нее поддержки. – Вы чего? Не понимаете?

Мальчик со злостью бросил ложку на стол. Лиза опустила глаза. Она очень любила сына, но знала, в какую ярость тот может прийти. Это началось в раннем детстве. Антон почти всегда получал то, что хотел. И не потому, что он был болен и его баловали.