Я здесь живу

Как стояла, так и упала животом на малинник. Колючки и сквозь платье меня достали, а локти, коленки, щёки ведь и вовсе голые были. Слёзы у меня из глаз брызнули, руками лазаю по колючкам, ищу, на что опереться. А колючки дальше в руки впиваются. И там ещё крапива среди малины! Это же надо – одна колет, другая жалит…

Костя меня за плечи схватил, вытянул из куста.

– Не реви, – говорит, – хозяйка услышит. Она сказала – с края рвать, а ты полезла…

Вытер он мне слёзы каким-то листиком. А ещё листиков нарвал, чтобы их к царапинам прикладывать.

Подорожника. Одна царапина у меня шла по руке от пальцев чуть ли не до подмышки. Другие хотя и короче были, но из них тоже кровь сочилась. Я стала прилеплять на все ранки подорожник, Костя помогал. Встала я, как ёлка, руки раскинула и стою, чтоб подорожник не осыпался.

Костя говорит:

– Долго так стоять будешь?

Я и не знала, долго, не долго. Я ведь раненая… А он приказывает:

– Давай дальше ведро наполнять. Велели же нам…

Схватилась я за одну ветку, а она сломана.

Здоровая такая, пышная ветка. А ягоды на ней сколько – и поспевшей, и только завязавшейся!

– Костя, – говорю, – это же я сломала! Что делать?

Костя тогда воткнул ветку в гущу малинника.

– Может, – говорит, – никто и не догадается…

Покидали мы ещё ягоды в наше ведро. Костя туда заглянул и ахнул:

– Ой, в ней жуки ползают!

– Вонючки? – спрашиваю.

Костя говорит:

– Нет, гляди: маленькие, чёрные. С оранжевым пятнышком… Давай-ка, – предлагает, – ты будешь дальше малину рвать, а я из неё жуков стану вылавливать!

Я согласилась.

Жуков ловить – тоже работа. Я бы ни одного не смогла в руки взять. А Костя их запросто поперёк спинок берёт, из ведра вынимает. Они лапками двигают, будто бегут в воздухе.

Назад в малинник Костя не кидает их. Зачем – чтоб они снова в ведро попали? Костя для них лагерь устроил. Принёс какой-то мусор, щепки – обозначил границы на тропинке.

Да только жуки не понимают, что за территорию выходить нельзя. Он их сперва всех на середину сталкивал, потом решил вырыть ямку – вроде как нулевой этаж.

Дорожка в саду земляная – ровная, гладкая. Костя из кармана свою железку достал и в два счёта вырыл жукам убежище.

– На ночь, – говорит, – сделаю им крышу из веток. Пусть здесь живут и нам спасибо говорят. А пока устроим для них стадион.

Этой железякой он проложил на дне ямы дорожки. Да только жуки не понимают, что надо стремиться к финишу, ползут в разные стороны, карабкаются наверх.