Я здесь живу

Липовские могут теперь упрекать собакинских, что никто из них не пустил в дом нашу маму с двумя детьми, – а ведь она в их же, собакинское, хозяйство и приехала!

Хозяйка понесла в дом варенье. Я хотела помочь, она сказала:

– Сиди, отдыхай. Завтра по банкам будем разливать.

Нагнулась над тазом – маленькая такая. Крякнула, подняла таз и потащила перед собой к ступенькам.

А я осталась во дворе.

В деревне было тихо. И эта тишина была густой, уютной. Она точно обволакивала тебя, как одеяло.

В тишине иногда раздавались голоса (слов было не разобрать), или скрипела калитка, или что-то стучало: тюк, тюк.

Хозяйка выглянула:

– Скучаешь? Иди в сад, попасись, пока ещё ягоду видать…

Я вышла в сад.

Оттуда хорошо было видно улицу. Скрипнула Катина калитка, на улицу вышел Лёнчик.

Я видела в сумерках, что у него, точно, порваны обе сандалии. Одна сильно хлопала при каждом шаге. Лёнчик присел на корточки и стал заново привязывать шнурок.

Он пересёк дорогу и прошёлся мимо нашего забора, медленно так. Я видела, что ему не хотелось отсюда уходить. Дошёл до куста, постоял – и двинулся мимо забора в другую сторону.

Он надеялся, что мы увидим его – и позовём.

Очень ему хотелось, чтоб его позвали. А то ведь получалось несправедливо. Человек, с которым ты столько болтал в сети, вдруг объявляется в твоей деревне. Но встреча получается какой-то дурацкой.

Ни разу я не чувствовала никого так остро – как будто все мысли роятся во мне самой. Костя не в счёт: Костя – мой брат.

Я стояла за забором и разглядывала Лёнчика. А он меня не видел.

Лёнчик был совсем некрасивый. Лицо от загара тёмное. Но это не тот загар, каким хвастаются в школе первого сентября. Неровный у него был загар, пятнами. И нос, и щёки, и лоб облупились – кожа везде слезала. Волосы выгорели и стали светлей лица.

Майка на Лёнчике была грязная. А на майке приколот значок – большой и круглый, целое блюдце.

На майках не носят значков. А таких значков я и вовсе не видела. На нём был какой-то пушистый зверёк. Вроде из мультфильма. А на лбу у зверька горела звезда.

Я сразу вспомнила: «Месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит».

И мне стало смешно. Царевна-животное, не пойми какое. В тишине я фыркнула, не сдержавшись.

Лёнчик вздрогнул и тут заметил меня.